Это были часы, но в причудливой форме сердца, пульсирующие зловещим шартрезовым светом. Механизм был выкован из стали, покрытой нечитаемыми рунами, а стрелки двигались, словно в бешеном танце, не подчиняясь законам времени. Но самое жуткое зрелище представляли собой цепи. Сотни цепей, толстых, как человеческая рука, обвивали сердце часов, удерживая его от неминуемого разрушения. Эти цепи были не из металла, а из чего-то угольно чёрного. Они словно впитали в себя все ужасы демонического мира, излучая холод и смерть. В воздухе витал запах серы и протухшего мяса, будто эти часы были частью демонического ритуала, частью зловещего колдовства.

Я попытался подойти ближе, но как только мои пальцы коснулись мраморного постамента, по телу пробежала ледяная волна. Я отдернул руку, чувствуя, как меня отталкивает невидимая сила. Эти часы таили в себе невероятную мощь, и я понимал, что они были связаны с демонами, с которыми я только что сражался. Я ощущал их ярость, их ненависть, их стремление вырваться на свободу. Я знал, что должен был уйти. Но мое любопытство, как червь, грызло меня изнутри. Я хотел понять, что это за часы, какие тайны они хранят. Может быть, они могли стать моим оружием, моим ключом к победе над демонами? Но я также понимал, что они могли стать моим проклятием. Я стоял на распутье, не зная, что делать. В этих часах скрывалась такая мощь, что я разумно опасался их. Ибо тень их владельца словно до сих пор стояла где-то рядом. По-новому посмотрев на часы и их массивность, решил бросить эту затею и не будить лихо, пока оно спит.

Я замер, словно парализованный, наблюдая за демоническими часами, когда внезапно позади меня возникло мерцание. Сначала оно было едва заметным, словно рябь на поверхности воды, но затем начало разрастаться, превращаясь в портал, извергающий тьму. Из портала, словно из печки, вывалился гигант, пышущий жаром.

Это был минотавр, но не тот, что изображен на древних фресках, с тупым телом и бычьей головой. Этот же был совершенством демонической мощи. Его тело было сложено как у атлета, словно высеченное из обсидиана. Его рога, торчащие, были покрыты застывшей кровью и излучали жуткое сияние. Но самым ужасающим был его взгляд. Глаза минотавра горели яростью, его губы, растянувшиеся в ужасающей улыбке, словно у хищника.

За спиной минотавра раскрылись крылья — огромные, черные, как ночь, с нарисованными красными глазами по бокам, сверкающими в полумраке библиотеки. Они создавали поток черного ветра, разбрасывая книги и отбрасывая мощные тени на стену.