– Ну вообще-то, – замечает Кай-Рари, – ты сама вполне могла бы от нас сбежать. Переспать с первым встречным, переехать отсюда подальше или просто пойти к психиатру. По идее удачно подобранные таблетки должны от нас помогать.
Я смеюсь:
– А зачем мне сбегать? У меня всё нормально. Мне нравится! Это у вас проблемы с моей гуманностью. А у меня никаких проблем. Что бы я сейчас делала, если бы вы меня не сгубили? Сидела-боялась? Новости бы читала? Ходила бы в офис к восьми утра?
– Да почему же именно к восьми утра? – с непритворным ужасом переспрашивает Кай-Рари. – Ты нас нарочно пугаешь? Не надо так.
– Ну ладно, к девяти, – соглашаюсь я. – Но кому от этого легче. Особенно если сначала надо подать мужу завтрак и ребёнка отвести в детский сад.
– Так низко ты бы не пала, царица! – встревает подлиза Ша-Шконки. – Даже без нас.
– Да кто ж меня знает, – вздыхаю я. – Вполне могла бы так влипнуть. Я знаешь какая дура была? Это мне повезло, что вы нарушили правила техники безопасности и погубили меня навек. Спасибо вам, дорогие. Не серчайте, что порчу вам удовольствие. Я не со зла.
– В том и беда, – подхватывает Кай-Рари, – что не со зла, а с добра! Уж не знаю, что может быть хуже добра в твоём исполнении. Но ладно. Царица всегда права.
Слети к нам, тихий вечер
Я Румина, Румина. Для рассказа это неважно, но для меня самой – да. Просто я тут совсем недавно, с прошлого время-не-времени, а новичкам, чтобы не забыть своё имя, надо почаще его повторять.
У нас тихий вечер. Это, конечно, условность, в ординаторской не бывает конкретного времени суток, мы тут, на минуточку, в космосе, можно сказать, мы сами космос и есть; с другой стороны, когда кому-то из наших хочется, чтобы был вечер, для него наступает вечер, это несложно и никому не мешает, потому что у каждого своё время суток – или вообще никакого, если ему всё равно.
Многие любят, чтобы пребывание в ординаторской ощущалось как вечер, приятный конец хорошего дня, работа почти закончена (на самом деле она никогда не закончится), а сил ещё много (это правда, сил у нас всегда много) и можно повеселиться с друзьями (так и есть: в ординаторской часто бывает весело, мы все большие друзья).
У меня(я Румина) сейчас летний вечер. И у Лотты, Марьяны и Феликса, причём у Марьяны это вечер в саду, у Лотты с Феликсом – в баре (в двух разных барах), а у меня, наверное, в парке и немножко всё-таки тоже в баре. Никогда не ходила в бары, но (а может, как раз поэтому) их очень люблю. О, поняла: мой вечер – на летней веранде бара, среди цветов и деревьев, с тихой музыкой, громким смехом за соседним столом и стаканом чего-то светлого с пузырьками,я Румина, такой компромисс. Про остальных пока точно не знаю, но, судя по общему настроению, тихий летний вечер не только у нас четверых.