— Конечно, я понимаю, — я улыбнулся, чувствуя, что начинает дергаться второй глаз. — И постараюсь вас не разочаровать. Да, кстати, пользуясь случаем, хочу попросить у вас изволение заняться проектом школ для всех детей, включая крестьянских, как вольных, так и крепостных.
— Зачем? — Елизавета невольно нахмурилась. Проект этот звучал, как очень большие затраты даже на этапе подготовки.
— России нужны грамотные люди, тетушка, — я перестал улыбаться. — Разве я в чем-то не прав?
— Ну хорошо, попытай счастье, — наконец, она кивнула. — Ты прав, России нужно много своих знающих и грамотных людей, хватит уже иноземцев привечать.
— Так я скажу Давиду Флемму, чтобы он к вам заглянул? — уже отходя от постели как бы невзначай спросил я.
— Скажи, — Елизавета махнула рукой. — Но, если ты думаешь, что ему удастся меня уговорить на эти ваши дьявольские эксперименты, то вы оба ошибаетесь! — крикнула она мне вслед.
— Ага, посмотрим, — пробормотал я, закрывая за собой дверь. Оказавшись в будуаре, я, прошел прямо к столу, на котором стояли корзины с рукодельем и смахнул одну из них на пол, а потом что есть силы пнул подкатившийся под ноги клубок ниток. — Черт, черт, черт! — как ни странно, но мне немного полегчало.
— А вас Андрей Иванович искал, ваше высочество, — девушка, которая сообщила мне эту новость, смотрела недоуменно и немного испуганно.
— Он сказал, где будет меня ждать? — я схватил плащ и направился к дверям.
— Андрей Иванович сказал, что будет ждать там же, где и всегда, ваше высочество, — ответила девушка моей спине. Пока я шел к дверям, то так и не вспомнил, как ее зовут.
— Понятно, — я невольно усмехнулся. Ушаков категорически отказывался встречаться со мной в кабинете, говоря, что в моей спальне кресла удобнее для его больных ног. Ну что же, место встречи изменить, похоже, нельзя. Надеюсь, что хоть он с добрыми вестями.
Глава 2
Войдя в спальню, я бросил плащ на стул и повернулся к Ушакову, который в этом момент расположился в удобном кресле и чесал за ушком урчащую Грушу.
— Я смотрю, вы поладили, — проговорил я, окидывая выразительным взглядом открывшуюся передо мной картину. — Она больше не пытается тебя убить, Андрей Иванович, выбив из рук трость, или бросившись под ноги, чтобы злонамеренно уронить на пол?
— Господь с вами, ваше высочество, — махнул рукой Ушаков. — Ну, когда Грушенька пыталась навредить мне? Мы с кошечкой очень хорошо друг к другу относимся, правда, милая? Я даже котеночка возьму, когда она разродится, — вот еще одна моя головная боль — моя кошка решила осчастливить меня котятами. В такие моменты я по-настоящему скучал о своем оставленном в небытие мире, где проблемы кошек подобного плана решались в ветеринарной клинике за сравнительно небольшие деньги. Потому что я, хоть убей, не представляю, что буду делать с котятами. Одно знаю точно, утопить не решусь.