— Что? — озвучил я свои мысли. — Вы все-таки передумали выходить за меня и решили вернуться в Дрезден?
— Нет, конечно, нет, — она покачала головой. — Я неправильно выразилась. Со мной сейчас занимается богословием отец Симон, — я кивнул. Я знаю, черт подери. — Он рассказал мне о давней традиции — царские невесты другой веры отправлялись на полгода в отдаленный монастырь, где могли лучше прочувствовать православие, а также понять русских людей, ведь им предстояло среди них жить и помогать в правлении мужу своему.
— Это необязательно, — быстро проговорил я. — У нас не средневековье, как мне неоднократно напоминали. До свадьбы все равно еще не меньше полутора лет ждать, пока мы не войдем в возраст, так что времени для того, чтобы проникнуться православием и русским духом, у вас будет предостаточно.
— Отец Симон мне все это объяснил, — кивнула Мария. — Но я сама этого хочу. Это мое желание, и он уже передал его ее величеству, которая восприняла данную весть весьма благосклонно. Это всего полгода, — она слабо улыбнулась.
— Мне иногда кажется, — медленно протянул я, не сводя с нее тяжелого взгляда, — что сама Вселенная встает между нами. Постоянно какие-то преграды. Это ненормально, вы не находите? — она отрицательно покачала головой.
— Нет, мне наоборот кажется, что постоянные мелкие случайности, которые не зависят от нас, постоянно нас с вами сталкивают, — ответила она улыбнувшись. — Отец Симон однажды сказал, что невероятно удивлен тем, как быстро вы стали русским. Как-будто что-то пробудилось в вас и заявило свои права. Он считает, что это кровь вашего деда проснулась в вас.
— Нет, и никогда больше не смейте меня сравнивать с Петром Алексеевичем, потому что последнее, что он хотел, это даже внешне походить на исконно русского человека. Вы правы, это очень хорошо, что вы хотите получше познать ту страну, в которой вам предстоит жить, и я принимаю ваш выбор, — ответил я, приглушив ту яростную злость, которая на меня накатила при очередном сравнении меня с дедом. — Надеюсь, что за это время никаких катаклизмов больше не случится и вы не пропустите самые смачные скандалы этого века, закончившиеся самыми грандиозными свадьбами.
Глава 20
— Что, у государыни совсем худо с верными людьми, раз она отроков неразумных посылает с заарестованными разговоры разговаривать? — я слегка наклонил голову набок и внимательно посмотрел на сидящего напротив меня мужчину.
Акинфий Демидов только что высказал вслух мысль, которая витала в воздухе и так и норовила сорваться с языков у двух третей министров или чиновников, стоило мне лишь заикнуться о каких-либо изменениях. Ну-да, ну-да, мы не в средневековье живем, когда пятнадцатилетний парень вполне мог армией командовать. Здесь и сейчас я отрок неразумный, дитё еще, которое только от нянькиных юбок оторвалось и априори не может произносить что-то внятное. Правда дитё это — Великий князь и наследник, и надо его выслушать, а вот выполнять что-то из его лепета — необязательно. Да что там говорить, когда мне каждое даже самое малое усовершенствование Ораниенбаума нужно едва ли не зубами выгрызать. Ну, ничего, юность — это дело быстропроходящее, самое главное, нужно подготовиться получше, людьми верными окружить себя, а там уж и пободаться можно будет.