Опытный функционер быстро взял в свои руки проведение нашего собрания. Очевидно что не все присутствующие на нем были штатными сотрудниками редакции. Среди собравшихся оказалось несколько посторонних, и, как выяснилось, у них имелись вопросы, пусть и весьма далекие от темы бокса. У меня, в частности, спросили, за какой футбольный клуб я болею. Интересовался этим высокий дядя с сиплым голосом, который после моего ответа «за Спартак» расплылся в довольной улыбке.

Жанна же справилась с заданием на тройку с плюсом, забронировав нам с Костей всего лишь один номер на двоих, пусть и двухместный, зато в приличной гостинице «Москва».

— Если бы не Валерий Георгиевич, который самым возмутительным образом… — пыша гневом, хотела что-то сказать мне девушка.

— Нормально, «Москва» так «Москва»… И это… вечером заходи в гости, если что, — окончательно добил я Жанну нагло оглядев её грудь и ноги.

Лицо девушки побелело от возмущения, а потом залилось краской.

Извинившись перед нами с Костей, главред ушёл к себе в кабинет, предложив подождать в приёмной. Мы присели на кожаный диван под портретом легендарного Льва Яшина.

— Ты чего такой заведённый? — шепотом спросил Костя, прищурив свои и без того узкие глаза.

— Да черт его знает, раздражают такие девицы, — честно ответил я.

— Не знаю… а я бы ей…

Костя не закончил фразу, однако, все было понятно и так.

— Я её уже позвал к нам в гости, хочешь, и ты пригласи, — предложил я.

— Да ну, — отчего-то замялся в общем-то ни разу не стеснительный чемпион, опустив глаза и начав нервно крутить в руках пустую бутылку от «Пепси».

— Толь, зайди, — главред позвал меня самолично, выглянув в приоткрытую дверь, хотя мог бы поручить это своей секретарше.

— Красиво у вас тут, — протянул я, переступая порог и оглядывая кабинет.

На самом деле ничего особенного: стандартное помещение с чуть потёртым паркетом, скучными шторами на окнах и мебелью, которую можно найти в любом парткабинете. У меня в крайкоме, честно говоря, покомфортнее будет. Здесь же все без излишеств: массивный стол, шкафы под потолок, минимум мебели.

— Стараемся, — сухо ответил Валерий Георгиевич, жестом приглашая меня сесть напротив.

Я опустился в кресло, ожидая, с чего тот начнёт разговор. Главред не был похож на человека, который тратит время на пустую болтовню. А значит, сейчас я узнаю, зачем ему понадобился олимпийский чемпион. «Ну же, мужик, удиви,» — подумал я, продолжая изучать взглядом хозяина кабинета.

— То, о чем хотел с тобой пообщаться, я федерации пока не сообщал, — начал Валерий Георгиевич, откинувшись в кресле. — Есть вопрос… взаимовыгодный.