Я насторожился — слово «взаимовыгодный» могло означать всё что угодно, начиная от пустяковой просьбы и заканчивая авантюрой.

— Понимаешь, мы в этом году открыли издательство. Своё! Называется оно, конечно, «Советский спорт». Но вот какая беда: у нас проблемы с фондами. Не хватает хорошей мелованной бумаги. Любой: матовой, полуматовой, глянцевой. Без неё хороший журнал не сделать. Деньги у нас есть, но купить ничего за границей не можем — обложены инструкциями, — на последних словах мужик поморщился, словно говорил о занозе в пальце.

— Знаю, ты в Норвегии будешь не просто так, — неспешно продолжил Валерий Георгиевич, словно прикидывая, как получше подать свою идею, — в планах даже введение тебя в арктический комитет. Что-то там по экологии…

— От этого я отказался! — перебил я собеседника.

— И это ведомо, — отмахнулся тот. — Но, вроде, тебя всё равно включат. Ты, ведь депутат теперь. Поздравляю, кстати! — главред протянул мне руку, излучая искреннюю доброжелательность.

— Спасибо. Ну а бумага тут причём? — недоумевал я, пожимая руку.

— Во-о-от! Подошли к сути! — оживился Валерий Георгиевич.

Короче, этот опытный партократ разработал хитроумную схему, по которой закупка бумаги будет оформлена якобы для нужд советского отделения арктической комиссии. Деньги, точнее валюту, выделит издательство, а то, что бумага приедет с хорошим запасом, — ну, кто там станет разбираться? Особенно если всё будет замаскировано под международное сотрудничество, на которое сейчас выделяются немалые средства.

— В Норвегии уже есть наш человек, представитель издательства, — уверенно продолжал Валерий Георгиевич. — А сегодня, за обедом, я представлю тебя их руководителю.

От меня требовалось лишь одно: договориться о закупке, без углубления в детали, такие как цена, качество, ассортимент. Для этого, мол, есть специально обученные люди. А взамен? А взамен… всё, что может дать издательство. Хоть плакаты с моей чемпионской фоткой, хоть брошюру о методах тренировок за моим авторством. Да хоть целую серию статей! Возможности широчайшие!

Я согласился, но с Власовым решил все же посоветоваться, когда тот вернется из командировки. Уверен, никакого криминала тут нет — обычная советская бюрократия, мешающая издательству развиваться.

Выйдя на улицу, которая не отличалась интенсивностью движения, я стал оглядываться по сторонам, выискивая, кого это сегодня могут задавить. Отчего не помочь, раз могу⁈ Правда, перстня этого мне уже не купить. Да и фиг с ним, я его поносил всего год, потом снял и надевал изредка.