— Ублюдок, — прошипел я. — Оба они — безмозглые ублюдки.

— Однако князья не только воровали сами, — Артём поднял взгляд, и в его глазах я увидел профессиональный азарт ищейки, вставшей на след. — Они позволяли воровать подчинённым. Более того, создали систему, где воровство стало нормой и поощрялось.

Банкир выложил новую схему — паутину связей между чиновниками, подрядчиками, поставщиками.

— Каждый чиновник имел «свою кормушку». Всё красиво оформлено, и все в доле. Иногда казнокрады получали откровенно — наличными в конвертах, иногда хитрее — через фирмы жён и родственников, которые получали «субподряды» или «консультационные услуги». Я нашёл десятки таких цепочек. Жена одного чиновника за год заработала двести тысяч на «экспертизах», хотя у неё вообще нет профильного образования.

Я слушал, чувствуя, как нарастает злость. Это была не просто коррупция. Как он и сказал, это была система, отлаженная машина по разграблению государства.

— Взятки за лицензии, разрешения, назначения, — перечислял Стремянников. — Хотите открыть лавку? Заплатите главе Торгового приказа. Хотите получить подряд на строительство? Заплатите главе Строительного приказа. Хотите назначить родственника на должность? Заплатите советнику князя. И так на каждом уровне.

— Конкретные примеры, — потребовал я. — Мне нужны имена, цифры, доказательства.

Артём кивнул, доставая новую папку.

— «Мёртвые души». В штате Таможенного приказа числятся триста сорок семь человек. Реально работают сто восемьдесят. Остальные — призраки. Родственники чиновников, которые получают жалованье, но никогда не появляются на работе. Условно, чей-то племянник по ведомости работает инспектором, а по факту его там никто никогда не видел.

Я взял документ, изучая списки. Фамилии, должности, суммы жалованья. Всё аккуратно, всё официально. И всё — ложь.

Руководитель Таможенного приказа — Кисловский Николай Макарович, один из кандидатов на престол Владимира после смерти Сабурова. Немудрено, что он имел нехилую поддержку, заняв аж второе место по голосам. Человек, участвовавший в схеме хищений на сотни тысяч рублей, прекрасно вписался бы в местную элиту.

— Ещё пример, — Артём перевернул страницу. — Пятьдесят «инспекторов дорог» в сельской местности. Их задача — контролировать состояние трактов, мостов, переправ. Никто из местных жителей их никогда не видел. Зато в ведомостях они исправно получают жалованье. Итого по «мёртвым душам» за последние три года украдено около восьмисот тысяч рублей.

Этих денег хватило бы, чтобы нанять, обучить и вооружить ещё полдюжины полков. Или отремонтировать дороги во всём княжестве. Или построить десяток школ. Но вместо этого они уходили в карманы жуликов.