Большой каменный дом с обвалившейся крышей, флигели, конюшни — некогда богатое поместье, теперь заросшее кустарником и затянутое плесенью. Я приказал обыскать руины, будто чувствовал что-то…
Федот нашёл записи в подвале.
Толстая тетрадь в кожаном переплёте, исписанная мелким почерком. Страницы пожелтели и местами расплылись от сырости, но текст ещё читался. Я открыл первую страницу и замер.
Глава 19
Комната дежурного инструктора находилась в конце коридора, за тяжёлой дубовой дверью. Тёмка остановился перед ней, и решимость, которая гнала его вперёд, вдруг дала трещину. Одно дело — решиться в темноте казармы, рядом с Гришкой. Другое — стоять здесь, в холодном коридоре, и понимать, что сейчас придётся говорить вслух то, о чём он никогда не рассказывал никому.
— Чё встал? — Гришка легонько толкнул его в плечо. — Давай уже.
Артём сглотнул и постучал.
Тишина. Потом — скрип пружин, шорох, тяжёлые шаги. Дверь распахнулась, и в проёме возникла массивная фигура Сергея Игнатьевича Фильченко. Пустой рукав его нательной рубахи свисал свободно. Лицо инструктора — заспанное, недовольное — выражало ту особую усталость человека, которого разбудили посреди ночи.
— Какого… — он осёкся, разглядев двух мальчишек. — Генадьев? Кадетский? Вы что тут делаете? Отбой был два часа назад.
— Нам нужно к директору, — выпалил Тёмка, голос предательски дрогнул, но он заставил себя продолжить. — Пожалуйста, Сергей Игнатьевич. Это важно.
Фильченко нахмурился. Его единственная рука легла на дверной косяк.
— К директору? Среди ночи? — в голосе зазвенело раздражение. — Вы что, умом тронулись? Что за идиотская выходка⁈
— Это не выходка, — Гришка шагнул вперёд, загораживая Тёмку плечом. — Дело серьёзное. Про безопасность. Про то, что князь говорил, когда нас принимал.
Инструктор замер. Его глаза — усталые, но цепкие, глаза человека, повидавшего многое — перебежали с одного мальчика на другого.
— Князь много чего говорил.
— Он сказал, что лично разберётся с теми, кто обижает детей, — тихо произнёс Артём. — Любой вред — ответят перед ним лично. Так он сказал. Я запомнил.
Фильченко молчал несколько долгих секунд. Потом отступил от двери.
— Ждите здесь.
Он исчез в комнате. Послышался звук — инструктор натягивал сапоги. Через минуту вышел уже одетый, с наброшенным на плечи мундиром.
— Идём.
Коридоры административного крыла были пусты и гулки. Тёмка шёл, стараясь не смотреть по сторонам, сосредоточившись на широкой спине Фильченко впереди. Гришка держался рядом — молча, но его присутствие странным образом успокаивало.
Кабинет директора располагался на втором этаже. Фильченко постучал — коротко, по-военному.