Эта простая истина, вбитая в меня ещё в прошлой жизни, не укладывалась в происходящее. Передо мной стоял мертвец, который передавал слова другого мертвеца — и эти слова были словами князя, защищающего свои владения. Не монстра. Князя.
Дневник летописца не лгал. Триста лет в могиле, а Чернышёв всё ещё играет в политику, считает себя настоящим государем. Этот Кощей — другой. Он настолько глубоко увяз в своей иллюзии княжества, что ведёт себя как живой правитель. Защищает «подданных». Посылает парламентёров. Интересуется условиями.
Абсурд. И в то же время — возможность.
Я выехал вперёд на коне. Посмотрел на эту пародию на дипломата — мёртвое тело, которому Кощей вложил в рот чужие слова.
— Передай своему… князю, — я не стал скрывать издёвку в голосе, — что я хочу, чтобы все Бездушные убрались с человеческих земель за реку Нерль. Уступаю обширную территорию — пусть там и «правит».
Посланник замер. Пустые глаза смотрели сквозь меня, словно он прислушивался к голосу, который слышал только он.
Потом мёртвые губы шевельнулись снова:
— Князь… согласен. Он оставит город. Заберёт своих подданных и уйдёт на север, за Нерль, как вы того желаете. Город достанется вам. Но у него есть одно требование.
Я молчал. За полсотни лет войн в прошлой жизни я научился одному: иногда самая опасная ловушка — это та, которая выглядит как победа.
Заключение! Старт нового тома!
— Какое условие? — спросил я, не меняя позы в седле.
Посланник — эта пародия на живого человека — помолчал. Его пустые глазницы смотрели сквозь меня, словно он прислушивался к голосу, звучавшему откуда-то издалека. Из глубины мёртвого града.
— Его Светлость князь Бранимир, — мёртвые губы шевельнулись, выпуская сухой, шелестящий голос, — требует, чтобы вы лично вошли в Гаврилов Посад и провели ритуал передачи власти. Древний обычай. Новый правитель должен принять владения из рук предыдущего.
Я молчал, обдумывая услышанное. Ритуал передачи власти. Слова звучали почти… нормально. Словно речь шла не о сделке с Бездушным, а об обычной церемонии престолонаследия.
— Без этого ритуала, — продолжил посланник, — князь не сможет покинуть город. Таков древний закон. Триста лет он ждал того, кто примет его владения по обычаю предков.
Да-да, ждёт не дождётся…
Я чуть склонил голову, разглядывая мертвеца. Истлевший камзол когда-то был богатым — золотое шитьё, бархатные отвороты. Теперь от него остались грязные лохмотья, а от человека под ними — лишь оболочка, которую дёргал за ниточки безумный кукловод.
— А если я откажусь?
Продолжение читайте прямо сейчас в следующем томе:https://author.today/reader/515949/4880836