Я повернулся к ним:
— Германн, будь добр, найди хороших архитекторов в помощь нашему — нужны проекты зданий для Приказов. Не убогие казармы, а достойные сооружения.
Система запущена. Купцы вложат капитал, чиновники переедут, Угрюм превратится в настоящую столицу. А я получу контроль над каждым винтиком государственной машины.
Глава 10
Княжеский кабинет во Владимирском дворце встретил своего посетителя полумраком — тяжёлые бархатные портьеры задёрнуты, на столе горит лампа, отбрасывая резкие тени на карты и документы. Постучав и получив дозволение войти, Родион Коршунов ступил в комнату, поклонился и сел в кресло напротив, разложив перед собой толстую папку. Начальник разведки выглядел усталым — под глазами тёмные круги, короткая щетина на обветренном лице, но взгляд острый и сосредоточенный.
— Прохор Игнатич, — кивнул Родион, поднимаясь. — Благодарю, что нашли время.
Я лишь махнул рукой, наливая себе воды из графина:
— Для тебя оно всегда найдётся. Докладывай. Что удалось выяснить?
Коршунов раскрыл папку, достал несколько листов. Пальцы у него были испачканы чернилами — значит, лично составлял доклад.
— Тайный приказ Владимира — гнилая контора насквозь. Хуже не видел за всю карьеру, — начал разведчик жёстко и без обиняков. — Отчёт Артёма по аудиту я изучил, картина удручающая. Первое — кадровое гниение. Половина должностей занята родственниками бояр без малейшей квалификации. Племянник боярина Селиверстова числится аналитиком, но за полгода не написал ни единого отчёта. Просто получает жалованье.
Я поморщился. Классическая картина разложения — должности как кормушка для своих.
— «Мёртвые души»? — уточнил я.
— Да целыми десятками, — подтвердил Родион с усмешкой. — Стремянников чуть не поседел, когда считать начал. — Минимум сорок несуществующих сотрудников. Деньги идут кому-то в карман, работы — ноль. Плюс некомпетентность живых. Начальник аналитического отдела — тесть бывшего главы Посольского приказа. Нет ни образования, ни опыта. Бумажки подписывает, но смысла в них не понимает. Чисто на корову надели седло, уж простите за прямоту.
Я встал, прошёлся к окну. За стеклом виднелась заснеженная площадь перед дворцом. Город затихал с наступлением вечера.
Так и знал. Веретинский превратил государственный аппарат в бардак, а Сабуров унаследовал эту систему и ничего не изменил. Разведка — глаза и уши правителя. Если они слепы и глухи, враги могут творить что угодно.
— Второе, — продолжил Коршунов, перелистывая страницу, — коррупция на всех уровнях. Откаты за назначения, о которых вы уже слышали, но есть проблема и посерьёзнее — продажа информации внутри княжества и на сторону. У меня есть косвенные доказательства, что минимум трое аналитиков сливали данные в Муром и Смоленск. За деньги.