Однако голос, произносивший эти слова, звучал всё менее человечно, а в нормальном глазу появился лихорадочный блеск, не имеющий ничего общего с научным интересом.

Он открыл клетку и извлёк сопротивляющуюся женщину, удерживая её с силой, неподобающей для его измождённого тела.

— Скоро я буду здоров, — шептал он, но с каждым движением в его голосе всё явственнее слышалось предвкушение насыщения, а не возможного облегчения. — Ещё несколько субъектов, и я найду правильную формулу.

Чёрный глаз полностью затуманился, а на лбу проступили капли тёмного пота. Скрюченные пальцы левой руки, похожие больше на когти, чем на человеческую кисть, сжимали горло подопытной, вытягивая из неё энергию.

Он был уверен, что делает это ради науки, ради исцеления. Но глубоко внутри человеческая часть его сознания становилась всё меньше и тише, уступая место ненасытному голоду, требующему новых жертв.

* * *

Я проснулся за час до рассвета. В голове уже сформировался чёткий план действий. Мышцы ещё ощущали приятную тяжесть после вчерашнего ритуала, но новый запас магической энергии уже циркулировал по телу, готовый к использованию в любой момент.

Наскоро умывшись ледяной водой из бочки, я спустился вниз, где Захар уже готовил завтрак. Вскоре зашёл уже готовый к выходу Борис. В его глазах читалась сосредоточенность человека, которому доверили важное дело, и он не хотел никого подвести.

— Всё готово? — коротко спросил я, наливая себе травяной отвар.

— Дружина собрана, — кивнул Борис. — Все двенадцать человек, как вы и приказали.

— Хорошо, — я отпил горячего напитка. — Выступаем через четверть часа.

Скальд бесшумно спланировал с верхней балки и уселся на краю стола, внимательно следя за мной чёрными бусинами глаз.

«Готов к охоте?» — мысленно спросил я.

«Всегда готов, — отозвался ворон. — Только не забудь о моей доле».

Я невольно усмехнулся. Даже накануне опасного рейда фамильяр не упускал возможности напомнить о своих маленьких прихотях.

«Ты же лопнешь, прорва бездонная».

«А ты кристаллов дай и отойди!» — склонив голову набок, отозвалась птица.

Когда я вышел во двор, дружина уже ждала меня. Двенадцать крепких мужчин, вооружённых винтовками, ружьями и алебардами, с решительными лицами и настороженными взглядами. Никто из них прежде не сталкивался с Химерой, но все встречались с Бездушными и знали, насколько смертельно опасными могут быть эти твари.

— Прохор! — раздался за спиной знакомый голос.

Я обернулся. Василиса торопливо спускалась с крыльца, уже одетая по-походному, с небольшой сумкой через плечо.

— Я иду с вами, — заявила она, тряхнув тёмными волосами.