— Прямо-таки «обесчестил» её? — с нескрываемой иронией переспросил князь. — Или просто тебе не по нраву будущий зять?

Лидия на миг лишилась дара речи от подобной наглости. Но Оболенский невозмутимо продолжил:

— Я имел беседу с господином Платоновым. И, знаешь, он произвёл на меня крайне благоприятное впечатление. Весьма серьёзный и разумный молодой человек, который в столь юном возрасте достиг впечатляющих высот в магии. Вдобавок, сумел выковать весьма ценный клинок и выручить за него целое состояние. По-моему, из него выйдет превосходный муж для Полины.

От услышанного у Лидии потемнело в глазах. Да как он смеет? Уж не спятил ли князь, раз всерьёз предлагает отдать её дочь за этого ублюдка⁈

— Слушай меня внимательно, кузен, — процедила она. — Плевать я хотела на его гипотетическое богатство и Таланты. Скорее сдохну, чем позволю этому блуднику хоть пальцем притронуться к моей девочке!

В трубке отчётливо послышался смешок.

— В смысле, снова притронуться? — язвительно протянул Оболенский.

От нахлынувших эмоций у Лидии перехватило дыхание. Магофон жалобно затрещал, едва не раскалываясь в стиснутых пальцах.

— Ты… Да как ты!.. — задыхаясь от гнева, прохрипела она.

— Успокойся, кузина, — голос князя посерьёзнел. — Выпей настойку пустырника и приведи-ка нервы в порядок. Я тебя просто не узнаю. Ты помешалась на этом боярине. Право, как можно себя так вести? Ты же графиня! Так, соответствуй! Что бы сказал твой отец, увидь он тебя в таком состоянии?

В следующий миг в трубке раздались прерывистые гудки. Лидия застыла, потрясённо глядя на магофон. Двоюродный брат, это никчёмное ничтожество, посмел бросить трубку!

В висках дико застучала кровь. Боль пронзила голову раскалённой иглой. Белозёрова с проклятиями швырнула артефакт в стену, не обращая внимания на брызнувшие во все стороны осколки.

Мысли метались хаотичным вихрем. Её люди подвели, не сумев разделаться с Платоновым. На родню тоже надежды нет. Везде слабость и некомпетентность! Везде предательство! Родная кровь!.. Что дочь, что двоюродный брат!

Что ж, видно, придётся брать дело в свои руки и найти способ стереть Платонова в порошок. Она растопчет его, уничтожит всё, что ему дорого. О да, она заставит мерзавца пожалеть, что тот вообще появился на свет!

Лидия стремительно поднялась, одёргивая складки платья. В гневно прищуренных глазах полыхало безумное пламя.

Платонов возомнил себя неуязвимым? Что ж, тем слаще будет его сокрушительное падение. Никакие высокие покровители не спасут выродка от её праведного гнева.

* * *

До темноты оставалась пара часов, и я намеревался потратить их с толком, прогулявшись по деревне и ненавязчиво побеседовав с некоторым жителям. В разных точках Угрюмихи дежурили драгуны, следя за порядком. Один из них прямо на моих глазах вёл Гаврилу на допрос к Волкову. Тот расположился в доме покойного старосты.