Тимур чуть наклонил голову и посмотрел на неё сверху вниз. Тёплые глаза его сияли от любви.
— Ты в порядке? — спросил он тихо.
Полина широко улыбнулась.
— Да, — сказала она. — В полном.
Глава 7
Я не ответил сразу. Повернул голову обратно к реке, и несколько секунд смотрел, как гружёная баржа тяжело режет волховскую воду, оставляя за кормой расходящийся пенный след. Детройт… Мнемокристаллы заокеанского производства в дронах, которые атаковали мою армию. И человек, оказавший помощь Потёмкину в организации Гона на Гаврилов Посад, предположительно спрятанный за стенами Бастиона на другом конце мира.
Светлояров терпеливо ждал, стоя у перил в двух шагах от меня, и не торопил. Я переварил услышанное, прежде чем задать вопрос, который напрашивался первым.
— Почему вы не озвучили это в зале? — спросил я, не отрывая взгляда от реки.
Собеседник ответил без промедления, и в его голосе не было ни секунды колебания.
— Потому что в зале собрались люди, которые привыкли говорить, Прохор Игнатьевич. Создавать комиссии. Писать резолюции. Формировать рабочие группы с многостраничными мандатами и ежеквартальными отчётами. Информация, озвученная перед двенадцатью правителями, через сутки станет достоянием дюжины свит, то есть сотен людей. А через неделю дойдёт до того, на кого она указывает.
Он чуть повернул голову и посмотрел мне в лицо.
— Вы же за тем столом были единственным, кто привык делать, а не обсуждать. Информация должна попасть к тому, кто успеет ей распорядиться, прежде чем цель вообще узнает, что на неё охотятся.
Я выслушал, не перебивая. Аргумент был разумным и подан через практическую логику, а не через комплимент. Светлояров всегда так выстраивал фразы — ты получал оценку собственных качеств как побочный продукт делового рассуждения, а не как прямое восхваление.
— Расскажите мне про Детройт, Артур Сергеевич, — попросил я. — У меня не было причины узнавать о нём подробности.
— Детройт — независимый Бастион, статус получил в начале двадцатого века, — начал собесденик, сложив руки на каменных перилах. — Специализация — высокотехнологичное оружие и боеприпасы, от стрелкового до тяжёлого. Формально ниша не уникальная, оружие делают все Бастионы, однако Детройт производит его так, как не умеет никто. Клиентов у них хватает, чтобы процветать без внешней зависимости. По сути, они отказались от специализации, потому что их продукция перекрывает весь спектр, и при этом у каждого Бастиона, включая мой, в арсенале найдётся что-нибудь детройтское.
Память подбросила картину двухлетней давности: термобарические гранаты «Дракон-ТБГ-1», по двадцать тысяч рублей за штуку, которые люди Демидова выпустили по моему Муромцу на лесной дороге из Москвы. Три гранаты с трёх направлений, рассчитанные на то, чтобы от меня и моих бойцов не осталось даже пепла. Допрос выживших показал, что Демидов закупал эти гранаты именно в Детройте. Слова Светлоярова обрели конкретный вес.