— Я могу сломать дверь, но лучше бы, чтоб ты сказал код.
Гриф высокомерно поджал губы.
— А могу сломать тебя, — добавил я.
— 18−09−20–23.
— Благодарю, — улыбнулся я и открыл дверь, краем глаза наблюдая за мужчиной.
Тот судорожно осматривал комнату, ища глазами что-нибудь, что можно было бы пустить в ход для моего убийства. На его несчастье, если ты не владеешь обеими руками в достаточной степени, отмахаться левой при поврежденной правой не получится. А вот нажать какую-нибудь тревожную кнопку — запросто.
И как только Гриф опустил рабочую руку под стол, я спустил курок.
Мужик взвыл фальцетом — пуля попала в локтевой сустав. Неприятненько, но я и так сегодня удивительно добрый после таких-то насыщенных суток.
Пока Гриф вопил, я открыл сейф и быстро проинспектировал содержимое. Бабки, брюлики, какие-то кабальные расписки… Столько полезного и все — мое.
— Ладно, в качестве отступных — сойдет.
Я подошел к Грифу, который от боли уже был совсем тряпочкой, наложил ему жгут, разрядил ствол, рассыпав все пули по полу. Нашел в углу миленький кожаный рюкзак, который носят мажорики и молодящийся офисный планктон, закинул туда все содержимое сейфа и вышел.
Ночь на улице уже начала понемногу светлеть, и я подумал, что из имеющихся бабок надо выделить себе немного на наручные часы. Впрочем, предстояли траты поинтереснее.
Пасший заведение мужик нашелся почти там же, где я его оставил. Только он уже не лежал бесформенной кучей какого-то художественно подранного и испачканного тряпья, а нервно курил, не обращая внимания на отклеившуюся бороду.
— Ты ж ребят уже вызвал?
У театрального бомжа от такого заявления чуть сигарета изо рта не выпала.
— Там трое без сознания и у одного неприятный огнестрел. Не знаю даже, как так подстрелили бедолагу, но я ему руку перевязал, может, и доживет до вашей кавалерии.
Единственное, что мог делать мужик — стоять и делать глазами «луп-луп».
— Ты, когда начальство приедет, скажи, что можно продолжить в том же духе, только сливки буду снимать я, ладно?
Поскольку мужик продолжал, набычившись, молчать, я махнул ему рукой:
— Ну, бывай.
И пошел ловить такси.
В принципе, логика понятна. Клуб на территории Нарышкиных позволили открыть с одной-единственной целью: поймать кого-то за руку. Но если этот кто-то сильно умный, раз не ловится на банальном, то, может быть, он окажется достаточно самовлюбленным, чтобы пойматься на эмоциях?
В конце концов, это ж банально обидно, когда зеленый пацан отжимает у тебя многомиллионный прибыльный бизнес.
Но прежде чем лезть во всякие опасные перспективные игрища, мне бы очень хотелось нормально поесть. Так что я, не мудрствуя лукаво, отправился в университетскую столовую. С таким количеством бабла, конечно, можно было пойти в самый пафосный ресторан Москвы, пожевать каких-нибудь крутонов, но очень уж хотелось простой человеческой яичницы на сале и фасоли в томате.