— Стареешь, Серега! — усмехнулся Лютый, плюхаясь на кушетку.
Лежащего на ней мужчину немного подбросило, и тот сердито зашипел.
— Выйду отсюда — покажу, кто тут стареет, — недовольно процедил пациент.
— Это обязательно, — кивнул Майор. — Лучше расскажи по существу.
Сергей Орлов, инструктор по рукопашному бою подразделения майора Лютого, с кряхтением спихнул товарища со своей кровати.
— Да что тут говорить, сам видишь, — мрачно отозвался Орлов, проводя ладонью по татуировке крыла от плеча до запястья.
Под пальцами привычно ощущались шрамы, которые прятал рисунок.
— На что похоже? — прищурился Лютый.
— Если бы отец пацана не помер, когда тот пешком под стол ходил, я бы подумал, что тот успел его поднатаскать. Но так… понимаешь, такому в сиротском приюте не научат. Даже самые отбитые беспризорники так не дерутся. Это была не драка, это был профессиональный бой. Либо кто-то его много лет готовил. Либо это редкий талант, который схватывает на лету.
— Если бы готовил, мы бы об этом знали, — покачал головой Лютый.
Мужчины помолчали, Орлов немного покряхтел, меняя позу.
— Ты тут давай не изображай умирающего, — строгим тоном сказал майор.
— Да как ты мог обо мне такое подумать! Я, может быть, одной ногой в могиле каждый раз после этих вылазок!
— Одной ногой в могиле твои противники, а ты одной ногой в собственной трешке после этих вылазок, — усмехнулся Лютый. — Не надо тут мне мозги пудрить. Давай приводи себя в порядок, а то некому парней гонять.
— Долго мне еще там изображать гладиатора? — недовольным тоном спросил Орлов. — Мне, конечно, приятно получать бонус к зарплате, но это немного не тот контингент, с которым приятно проводить время.
— Пока не знаю, — нехотя ответил Лютый. — Ребята щупают, ищут. Ты ж понимаешь, наша кавалерия является строго под занавес для финального акта.
А чтобы положить в пол Хозяина подпольного бойцовского клуба, неплохо для начала выяснить, кто он.
Глава 16
— Александр, слышал ли ты последние сплетни? — накручивая на палец рыжий локон, поинтересовалась боярышня Нарышкина.
Субботнее утро в столовой начиналось сонно и лениво. Наша компания сначала долго и мучительно стягивалась, затем так же неторопливо жевала завтрак, и вот, наконец, дойдя до кофе, присутствующие стали более или менее готовы складывать звуки в слова.
— Сплетнями не интересуюсь, — честно ответил я, вливая жирные сливки в свой черный кофе.
— Очень недальновидно! — покачала головой девушка. — Тем более что у меня — самые проверенные и самые важные сплетни. И касаются они напрямую тебя!
— Мария, сжалься, — произнес Нахимов, у которого, судя по лицу, пятница удалась.