Аудитория молчала, а потом раздался чей-то отчаянно-смелый голосок:
— Но мы же проходили все это в школе…
— Мда? — ехидно прищурилась бабуся, найдя взглядом говорившего. — Многое оттуда помните?
— Ну, что-то да помним, — раздался нестройный ряд недовольных голосов.
— Ладно, хорошо… Кто помнит, что нужно делать, если у человека рядом припадок эпилепсии?
— Разжать ему зубы ложкой!
— Отлично, ты только что оплатил длинный счет бедолаге на имплантацию новых зубов, — кивнула лектор. — А что делать, если произошло, например, обморожение щек?
— Растереть? — уже не так уверенно предположил другой студент.
— Прекрасно, сразу делаем обморожение второй степени, чтоб не мелочиться, — покивала бабуся. — Так, ну и контрольный — сколько работает огнетушитель?
— Полчаса?
— Да не, пятнадцать минут.
— Или десять?
Я закусил кулак, чтобы не заржать. Она б еще спросила, как надолго можно накладывать кровеостанавливающий жгут, чтобы по итогам опроса нашего воображаемого пострадавшего наверняка покалечили.
В принципе, когда вот так каждый день живешь в цивилизации и не сталкиваешься с травмами опаснее пореза бумаги, а про то, как фиксировать перелом, тебе рассказывали в пятом классе, то к первому курсу ты уже это вряд ли вспомнишь.
Но бабуля тут еще всем даст прикурить, это однозначно.
— Огнетушитель работает тридцать секунд, уважаемые магически одаренные студенты. И раз мы с вами только что убедились, что вы ничего не знаете о безопасности при банальных травмах, то всем придется тихонечко сидеть на моей лекции в том порядке, что я сказала, внимательно слушать, и молиться, что сможете сдать мне зачет. Итак, тема сегодняшней лекции…
Глава 25
Москва, особняк Долгоруковых
В отличие от большинства сверстников Виталий Михайлович Долгоруков кризисом брака не страдал. В основном, конечно, потому что и брака-то у него не было — мужчина уже очень давно стал вдовцом. К счастью, супруга успела родить ему сына, что стало гарантом соглашений с ее родом, а еще сняло с Виталия Михайловича обязательства по продолжению своей ветки.
Передав заботу о ребенке на руки нянькам и мамкам, Долгоруков-старший вгрызся в большую и малую политику, ломая правила наследования в собственном роду. А еще укрепляя позиции Долгоруковых как внутри Свободной фракции, так и среди прочих родов Российской империи.
И, с одной стороны, это привело к тому, что сына своего Виталий Михайлович упустил, и это оказалось большой проблемой. С другой стороны, все запланированные задачи он выполнил. Так что если разменивать одного наследника на силу и стабильность рода, то выходит не такая уж и большая цена. Тем более что Виталий Михайлович еще не был стар и вполне способен обеспечить себя парой-тройкой запасных детей.