* * *
Я проснулся с ощущением, будто всю ночь не спал, а таскал мешки с цементом. Голова раскалывалась, настроение было хуже некуда. Всё из-за этой чёртовой Сети. До самого рассвета я просидел перед экраном, изучая историю и географию этого странного мира. И чем больше копался, тем больше находил жутких совпадений со своим старым миром.
Те же войны за нефть и газ, те же политические склоки, та же грызня за территории. Словно какой-то ленивый создатель просто скопировал домашку у соседа, поменяв пару названий и дат, чтобы препод не заметил плагиат.
А когда я всё-таки вырубился, приснился кошмар. Снились карты — они накладывались друг на друга, как прозрачные слайды. Карта моего старого мира ползла поверх карты этого. Границы извивались змеями, континенты меняли форму, а я стоял посреди хаоса и не понимал, где нахожусь. Проснулся весь в поту, чертыхаясь на собственную дурость.
Контрастный душ немного привёл в чувство. Ледяная вода смыла остатки кошмара, горячая вернула мышцам подобие жизни. Я осмотрел себя в зеркале. Тело Игоря выглядело неплохо — молодое, подтянутое, без пивного брюха. Но ему не хватало настоящего тонуса. Той стальной упругости, что появляется от постоянных тренировок.
— Пора возвращаться в форму, — пробормотал я, натягивая потёртые спортивные штаны.
— Рат? — тихо позвал я, чтобы Настя не услышала. — Остаёшься или со мной?
Откуда-то сверху послышался недовольный писк, но через секунду мой хвостатый приятель уже сидел на плече, готовый к приключениям. Мы оба обожали редкие утренние вылазки, когда город ещё спал, а воздух был свежим и прохладным. Из-за бесконечной работы в «Очаге» я редко мог позволить себе такую роскошь.
Мы неслись по пустым улицам. Мерный стук кроссовок по асфальту был единственным звуком в утренней тишине. Я решил добежать до небольшого стадиона за школой — там можно было как следует размяться на турниках. Но когда уже приближался к цели, ноги словно приросли к земле.
Со стадиона выходила женщина. Высокая, стройная, с точёной фигурой модели и знакомой до дрожи походкой. Поправляла спортивную повязку на голове. Прошла мимо, бросив быстрый подозрительный взгляд, и скрылась за углом. А я так и замер посреди дорожки, не в силах пошевелиться.
Сердце забилось как бешеное. Руки дрожали. Во рту пересохло.
— Эй, шеф, ты чего окаменел? — пискнул Рат над ухом. — Привидение увидел? Она вроде ничего особенного не представляет, тощая какая-то.
Я не мог оторвать взгляд от места, где она только что была. Грудь сдавливало, будто на неё навалили кирпичи.