Чкалова кивнула.

— Считайте, что дело на него заведено, — сообщила она.

— Император узнает об этом немедленно, — пообещал граф Платонов, разглядывая свои ногти. — Возмутительная подлость. Если бы Его Величество знал, он бы лично казнил этого негодяя.

— А я немедленно созываю всех полицейских к зданию Конгрегации, — сказал, поднимаясь, генерал Герц. — Великий магистр и все провидцы будут арестованы. Мы не знаем, кто ещё причастен, поэтому пока что вся Конгрегация под подозрением.

— Неслыханно, — вальяжно протянул Платонов. — Но можете сделать это. Уверен, император не будет против.

— Тогда выдвигаемся, — Кретов стёр слёзы и его лицо обрело привычное угрюмое выражение. — Заставим этого ублюдка за всё заплатить.

Полчаса спустя о том, что великий магистр и вся Конгрегация провидцев обвинены в создании эпидемии проклятий, знала вся столица. А может, и вся Российская империя — в интернете новости распространяются быстро.

Колонна полицейских машин рванула к Конгрегации, сирены выли в унисон, разгоняя гражданские машины с дороги. Я сидел на заднем сиденье бронированного внедорожника, проверяя пистолет.

Кретов молчал и смотрел перед собой. Он сжимал в кулаке кольцо Ольги, а рядом пульсировало пять эфемеров гнева, которых он даже не пытался прогнать.

Сидящая рядом со мной Полина настраивала рацию, из которой доносилось:

— Все группы на связи. Повторяю: стрелять только при сопротивлении. Император приказал провидцам сдаться.

— Думаешь, они сдадутся? — спросил я, ловя взгляд Полины.

— Дивов? — фыркнула девушка. — Он скорее сожжёт здание вместе со всеми.

Кретов вдруг разжал зубы:

— Он умрёт. Но не сразу. Сначала я вырву ему…

— Дмитрий Анатольевич, — резко оборвала Полина. — Всё должно быть по закону, а ты только утром вышел из камеры.

— Мне плевать. Дивов сдохнет. Пусть только попробует сопротивляться — я с радостью размажу его мозги по крыльцу Конгрегации.

Он убрал кольцо в карман и передёрнул затвор автомата.

У здания Конгрегации нас уже ждали. Чёрные стены с витражными окнами дышали угрозой. Солдаты имперской армии оцепили периметр, и на улице не было ни одного прохожего. В воздухе шумел вертолёт.

Спецназ занял позиции для штурма, но провидцы их предупредили — здание окружено сильным эфирным барьером. Даже если кто-то захочет подойти, не удастся.

Генерал взял громкоговоритель, откашлялся и прогремел:

— Великий магистр и все провидцы Конгрегации! Вы окружены! Требую немедленно сдаться, это приказ императора!

Ответом стал гул — окна вспыхнули алым светом, барьер сомкнулся плотнее, погрузив здание в тень. Такое чувство, будто ночь наступила только над ним.