— Так что насчёт конвейера? — повторил Гай.

— Та не дурили бы вы голову и присоединялись к нам. Ну, генетики вы, а не модификанты, ну и что? Какая, хрен, разница? Нам эти нюансы до лампочки, если честно. Нас и так тут — полсотни, а вы, троечки — товар штучный. Не дурили бы вы голову…

— Всё-таки подурим. Какие у вас условия?

— Вот так, значит… Сами с усами? Ладно — два центнера. Делаете две сотни килограмм — и колупаетесь в конвейере. Условия — ничего не разбирать, снимать можно только ленту. Сломаете — мы вас убьём.

Кормак оглядел отдыхающую смену модификантов — и почему-то сразу поверил. Тут были шахтёры с дальних колоний, военные преступники, пираты… Свирепые, сильные люди. Такие точно — убьют. Лицо одного из них вдруг показалось Гаю знакомым — этого чернокожего громилу он точно где-то видел!

— Что, парень, теперь мы в одной лодке? — спросил тот, тоже явно узнавая. — Помнишь меня?

В голове у Гая щёлкнуло:

— Дум-Дум! Точно! — это был Думбийя, из команды Ксавьера Саважа. — И что теперь — будешь меня убивать?

— Жмых убьёт нас обоих — раньше или позже, — угрюмо проговорил зумбиец. — Я буду смотреть, как ты выгружаешь мумиё, попивать водичку и кушать пайку за твой счёт. Пока мне этого будет вполне достаточно…

Кормак пожал плечами — ему-то точно не хотелось обострять отношения с пиратом.

— Так что, Дон — двести кило?

— Двести кило. Ждём вас, ребятки!

Гай шагал по разлому обратно — мимо траншей и штолен, в которых суетились люди с лопатами и кирками, выбрасывая грунт на отвалы, где ожидали ещё работники — с лотками, в которых мяли и перебирали породу в поисках мумиё. Их тела были покрыты коростой и язвами, дыхание было тяжёлым, глаза слезились, из носа текло… Обычному человеку туго приходилось в Разломе.

Киборги, выполнявшие тут роль надсмотрщиков, сначала дёргались, увидев праздношатающегося каторжанина, но тут же отступали, разобрав цифру «3» на спине. Тройки — или генетики — были слишком мутными типами, чего ожидать от них — было неясно. Да и бойня у лифта была ещё слишком свежа в памяти.

Пять километров от базы модификантов до убежища одноглазого — это много или мало? Гай чувствовал, как Жмых начинает допекать его — лёгкие горели, а вестибулярный аппарат периодически давал сбои — головокружение и тошнота подступали волнами. Шаги давались всё тяжелее, и он переставлял ноги на автомате — до тех пор, пока не увидел знакомый утёс.

— Дядя Миша! — крикнул он.

Сверху высунулась лохматая рожа с капельками испарины на лбу.

— Чего орёшь? Лезь сюда!

— Боюсь, сейчас не получится… Лучше уж вы — вниз, у меня тут новости…