— Тебе не о чем волноваться, Эйлис. Я отвечаю за тебя, за весь дом. Пока ты держишь мою руку, нас будут ждать и горе, и победы, — Ровер покрывает моё лицо поцелуями и от этого начинает казаться, что комната кружится. — Скажи мне, чего хочешь, и я достану, сделаю, найду. Я подарю тебе луну, если ты будешь держать мою руку, потому что, кажется… Эйлис, я не могу это объяснить, меня тянет к тебе даже сейчас, без волка и истинности. Ты тоже ведьма?
Ответить я не успеваю. Он подхватывает меня и сажает на диван, а сам опускается на колени передо мной. Чувствую его ладони на щиколотках, потом выше. И выше… Вздрагиваю и пробую отползти, но не выходит.
— Ровер…
Его глаза снова ловят свет луны и кажется, будто они светятся изнутри. Он бесцеремонно задирает подол моего платья и целует внутреннюю часть бедра. Я снова пытаюсь отползти, но он не отпускает, поглаживая вторую ногу.
Становится страшно и стыдно. Я бросаю взгляд на дверь, пытаясь вспомнить, запер ли он её или просто закрыл, смотрю на стол, на котором он с Милой… А после Ровер хватает зубами край белья и просто рвёт его, выбивая из головы мысли.
Я больше не могу думать про Милу. Ровер целует меня в, пожалуй, самом интимном из возможных мест, и я невольно запрокидываю голову. Волчица давит мою волю, не позволяя убежать и требуя довериться ему.
Ровер кладёт ладонь на мою грудь и вынуждает упасть на подушки. Когда я подчиняюсь, его пальцы тянут шнуровку домашнего платья и освобождают грудь, которая немедленно оказывается во власти его ладони. Я вскрикиваю, зажмурившись, когда он проводит языком широкую, обжигающе горячую полосу прямо там.
Пальцы сминают самую чувствительную точку на груди, и я вскрикиваю второй раз, не в силах сдерживаться. Пытаюсь свести колени, но он удерживает мою ногу, вынуждая полностью раскрыться перед ним.
Никогда раньше я не чувствовала ничего подобного. И это совсем не похоже на то, что он сделал со мной пальцами. Язык Ровера был мягче, горячее и намного приятнее. Я стыжусь своих стонов, но это же придает ощущениям остроты. Пыталась сдерживаться, но это оказалось выше моих сил.
Кожа будто горит, удовольствие сводит с ума. Чувствую, как он отпускает мою ногу и скользит пальцами туда же, где находятся его губы. Я уже ничего не соображаю, но готова умолять его поторопиться, потому как я не в силах больше ждать. Мало его губ, языка, который взвинтил меня до предела, нужно нечто большее. Я больше не согласна на игры.
В голове почему-то звучит обещание подарить мне луну. Как ему удалось загнать меня в настолько дурацкую ситуацию, что я думаю о подобных глупостях? Пальцы достигают цели, и одновременно с этим внутри будто выстреливает сжатая до предела пружина, разряды удовольствия вгрызаются в нервы сладким стоном и ощущением полёта. Ровер ослабляет напор, мягко сжимает грудь, успокаивая.