Мучительно пытаюсь вспомнить, за что полюбил её, но не могу. Эффектная внешность? Огненные волосы, осведомлённость, владение магией и живой ум, что не раз помогал мне в делах, отличный секс? Если так подумать, то последнее играло самую большую роль. Дела двуликих ведут только двуликие, никак не женщина, к тому же человечка.
Тогда что? Почему? Может, магия? Её проявление распространялось только на человеческую половину моей души. Волчья оставалась безразличной. В то же время Эйлис симпатична мне полностью. Когда я с ней, то чувствую себя целым.
— Ровер, что ты будешь делать? — спрашивает Мила. — Так не может продолжаться.
— После того, что ты устроила, да. Я уже объяснял тебе своё видение.
— Быть её мужем днём, а ночью моим? И сам же нарушил обещание, объявив, что спать будешь с ней!
— Это волк.
— Значит, хорошо, что его нет. Теперь вообще можешь остаться только моим. Я рожу тебе детей, мы будем…
— Нет. Ты знаешь, как снять действие своей травы?
— Никак. Ровер, зачем тебе это? Иди ко мне. Мы справимся, слышишь? Куда ты?
— Спать. И ты поспи, — отхожу к шкафу, беру свёрнутые одеяла и подушку. — А ещё подумай, как вернуть мне моего зверя. Всё, что тебе будет нужно, я предоставлю, но ты не выйдешь из клетки, пока я снова не стану собой. Завтра объяснишь, что тебе нужно. Ингредиенты, книги или ещё что.
— Ровер! — она ловит меня за руку. — Не делай этого. Не предавай того, что между нами было!
— А что было? Секс? Приворот? Любовь? — я поднимаю бровь. — Не смеши меня. В нашем случае её и не было. Сама неоднократно напоминала.
— А если я ошиблась? — шепчет она. — Ты нужен мне.
— Ты ошиблась в момент, когда решила, что я спущу с рук попытку меня убить. Доброй ночи, Мила. Продолжать не будем. Исправляешь свою ошибку и на этом всё. Можешь идти, куда хочешь.
— А как же мы?
— Нас больше нет.
Ухожу, осознавая, что ничего не чувствую. Мне досадно и больно, но не оттого, что наши отношения закончены, а потому, что я позволил им дойти до этой точки. В конечном счете, если мой волк мёртв, это будет лишь моя вина, глупо отрицать.
Пока поднимаюсь по лестнице, думаю, что сделать, и идей крайне мало. Без альфы наш дом просто развалится. Другие двуликие поймут и почувствуют, что я стал обычным человеком. Возможно, я смогу скрывать это полгода или даже год, но вскоре все поймут. Ко мне уже проявляют интерес, как к засидевшемуся бездетному холостяку.
В ещё большей опасности Эйлис и Кай. Слабые необученные двуликие никому не нужны. Если членов моей стаи ещё могут принять в других домах на нижнюю ступень иерархии, то их — нет. Это балласт, слабое звено. Особенно Эйлис, которую всегда будет тянуть ко мне, потому что я обратил её. Она моя.