Я опускаюсь на пол, слёзы наворачиваются на глаза. Это катастрофа. Всё разваливается на части. Всё.
Я пытаюсь дышать. И постепенно, по мере того как я заставляю себя обдумать всё это, я чувствую, как тлеющий огонёк надежды начинает мерцать.
Это всё меняет. Я беременна от Луки. Моему отцу придётся организовать брак с ним, а не с Алессандро. Свадьбу можно отменить. Он может быть моим... по-настоящему моим, не только в редкие моменты, когда мы случайно встречаемся в клубе, но и в реальной жизни, при свете дня, навсегда. Если бы я только могла заставить его понять, увидеть, что я не рассчитывала на большее, чем одна ночь, что всё вышло из-под контроля, что я не хотела ему лгать, но была в отчаянии...
Я всхлипываю, смеюсь и плачу одновременно, потому что вот оно. Это решение, которое я так отчаянно искала. Я не должна выходить замуж за Алессандро. Я не могу выйти за него замуж. Не сейчас, когда я ношу ребёнка от другого мужчины.
Сначала отец будет в ярости. Он будет возмущаться из-за скандала, из-за ущерба, нанесённого репутации семьи, из-за моего безрассудства и глупости, из-за того, что ещё один ребёнок Сирес делает всё, что хочет, не задумываясь о последствиях. Но потом он успокоится. Он должен это сделать, потому что альтернатива - выйти замуж за Алессандро, будучи беременной от Луки, намного хуже. Нет такого способа выдать меня за него замуж достаточно быстро, чтобы всё выглядело правдоподобно.
Лука будет в шоке. Он разозлится на меня. Но мы справимся. Мы должны справиться.
Я не могу прервать беременность. От одной мысли об этом меня тошнит. Это ребёнок Луки - мужчины, которого я любила много лет, мужчины, с которым я чувствую себя живой, мужчины, который завладел мной настолько, что я не могу представить себя с кем-то другим.
И я не могу выйти замуж за Алессандро.
Я должна сказать Луке правду.
ГЛАВА 12
ДЖУЛИЯ
Я репетирую слова перед зеркалом в ванной, моё лицо бледное и осунувшееся в резком свете флуоресцентных ламп.
– Лука, мне нужно тебе кое-что сказать. Прежде чем ты отреагируешь, выслушай меня.
Нет. Слишком официально. Слишком отстранённо.
– Я должна была сказать тебе кое-что с самого начала. Кое-что важное.
Уже лучше. Но всё равно не то.
Я пытаюсь снова, так сильно сжимая край раковины, что белеют костяшки пальцев.
– Меня зовут Джулия. Меня всегда звали Джулия. Валентины не существует - это просто имя, которое я использовала, потому что боялась. Потому что мне нужно было быть рядом с тобой, а другого способа я не знала.
Слова звучат неубедительно. Как мне объяснить, что я неделями обманывала его? Как мне дать ему понять, что всё, что было между нами, было по-настоящему, даже если имя, которое я ему дала, было вымышленным? Я представляю его лицо, когда говорю ему об этом. Пытаюсь представить момент узнавания, шок, гнев. Я готовлюсь к худшему, отчаянно надеясь на лучшее.