И понятия не имею, как мне это пережить.
ГЛАВА 3
ДЖУЛИЯ
Я была влюблена в Луку Моретти с шестнадцати лет. Весь последний месяц лета я наблюдала за ним, подмечая каждую деталь, пока не пришло время возвращаться в школу. То, как он пил чёрный кофе, шрам на левой руке, о котором он никогда не рассказывал. Я запоминала его, как книгу, которую больше никогда не прочту, сохраняя в памяти каждую деталь на весь семестр.
А потом я уехала и убедила себя, что это просто влюблённость. Влюблённость, которая должна была угаснуть со временем и расстоянием.
Но она не угасла.
Наоборот, стало только хуже. Я пыталась его забыть, но по ночам в своей комнате в общежитии представляла, каково было бы, если бы он прикоснулся ко мне. Если бы он меня поцеловал.
Если бы он стал моим первым.
Я знала, что это невозможно. Я знала, что даже если бы он что-то ко мне испытывал, чего, скорее всего, не было, Ромео никогда бы этого не позволил. Мой отец никогда бы этого не позволил. В нашей семье есть правила, границы, линии, которые нельзя пересекать. Лука - правая рука Ромео, его самый верный друг. А я всегда была дочерью, которую готовили к выгодному браку.
Но в моих фантазиях всё это не имело значения. В моих фантазиях у нас могло бы что-то получиться, может, не навсегда, но что-то. Страстный роман до того, как меня выдадут замуж. Был бы человек, которого выбрала я, потому что хотела его, а не потому, что у него были нужные связи или фамилия.
В последний год в школе-пансионе я больше думала о Луке, чем об учёбе. Я гадала, будет ли он всё ещё свободен, когда я вернусь домой. Думала, вспоминает ли он обо мне. Год назад я вернулась домой с головой, полной фантазий, которые, как я понимала, были опасны, но не могла от них избавиться.
А потом я снова увидела его, и всё пошло наперекосяк.
На следующее утро после званого ужина я проснулась в отчаянном желании поговорить с ним. Лука, которого я видела вчера вечером, тот, кто едва взглянул на меня и ушёл посреди ужина, как будто не мог больше находиться в одном помещении со мной, совсем не тот Лука, которого я помню. Что-то изменилось, и мне нужно понять, что именно. Может быть, если я просто поговорю с ним, напомню ему, какими мы были друг для друга до всего этого... что-то изменится. Конечно, это не то, чего я хочу, но мне уже не будет так странно.
Я нахожу его в одной из террас, он стоит у окна, засунув руки в карманы. На нём тёмный костюм, и когда он оборачивается на звук открывающейся двери, его лицо остаётся невозмутимым. Профессиональным и отстранённым. Как будто я ему чужая.