Мне нужно восстановить стены, которые она постепенно разрушала каждым отчаянным прикосновением, каждой мольбой, сказанной шёпотом, каждым мгновением уязвимости. Завтра я буду холоднее. Я напомню нам обоим, что такое этот брак и чем он не является.

Я позабочусь о том, чтобы она поняла, что ничего не изменилось.

Я ухожу из дома в пять утра, пока она не проснулась и не начала меня искать. Я не оставляю на столе чай или еду. Я не оставляю ничего, что могло бы намекнуть на то, что мне небезразличен её комфорт или потребности.

Имбирный чай и витамины для беременных стали привычкой, а привычки порождают ожидания, которые ведут к надежде. И я не могу позволить ей надеяться на то, чего не случится.

В офисе я с головой погружаюсь в работу с таким рвением, что даже Ромео удивлённо поднимает бровь.

– Ты в порядке? – Спрашивает он, прислонившись к дверному косяку в маленьком кабинете, который я считаю своим.

– Да. – Я не отрываюсь от отчётов, которые просматриваю: цифр и логистических схем, которые не требуют от меня никаких эмоций.

– Ты здесь с половины шестого.

– Много дел.

– Лука. – Его голос звучит терпеливо, но твёрдо. – Поговори со мной.

– Не о чем говорить. – Наконец я поднимаю глаза и встречаюсь с ним взглядом, сохраняя невозмутимое выражение лица, которое отточил за последние недели. – Я работаю. За это ты мне и платишь.

Он долго смотрит на меня, и я вижу, что он раздумывает, стоит ли давить. Наконец он вздыхает и выпрямляется.

– Данте хочет встретиться с нами обоими в десять. Что-то насчёт того, что семья Бенедетти активизировалась в Сансет-Парке.

– Я буду там.

Он уходит, а я возвращаюсь к отчётам. Но цифры сливаются в одно бессмысленное пятно, потому что я могу думать только о выражении лица Джулии, когда я вчера вечером велел ей уйти.

Боль. Смятение. Отчаянная надежда, что я скажу что-то другое.

Я должен быть доволен тем, что сохранил свои границы. Я должен испытывать облегчение от того, что вовремя остановился и не наговорил лишнего.

Но вместо этого я чувствую пустоту .

***

Я должен был встретиться с ней у врача в два часа, но подумывал отменить встречу и сказать, что слишком занят и что я ей не нужен.

Но я этого не сделал.

Несмотря на злость, обиду и отчаянное желание держаться на расстоянии, я не смог заставить себя полностью её бросить. Поэтому в половине второго я вышел из офиса и поехал домой, чтобы забрать её.

Когда я прихожу, она уже ждёт меня в гостиной, одетая в простой сарафан, из-под которого едва заметно выпирает округлившийся животик. Она выглядит уставшей и бледной, как будто спала не лучше меня.