Я испытываю облегчение, когда три дня спустя Ромео приходит ко мне с теми же опасениями.

– С Алессандро что-то не так, – говорит он без предисловий. – Я не могу понять, в чём дело, но чутье подсказывает мне, что нужно копнуть глубже.

– Я думала о том же, – признаюсь я. – Он знает то, чего не должен знать. Подробности о наших операциях, которые не подлежат разглашению.

Ромео перестаёт расхаживать и смотрит на меня.

– Ты тоже это заметил?

– На торжественном приёме. Он упомянул расширение портового района и таможенные процедуры. И то, и другое - конфиденциальная информация.

– Блядь. – Ромео проводит рукой по волосам. – Я пытался поговорить об этом с Данте, но он не слушает. Говорит, что я параноик, что у Алессандро хорошие связи и он, конечно, мог что-то услышать.

– Но ты в это не веришь.

– Нет. Не верю. – Он мрачно садится за стол. – Я хочу провести более тщательную проверку. По-настоящему копнуть в его прошлое, изучить его связи, финансы. Но мне нужна твоя помощь.

– Что тебе нужно?

– Мне нужно, чтобы ты поручил своим лучшим людям следить за ним. Пусть они следят за Алессандро, выясняют, с кем он встречается, куда ходит. И чтобы ты никому об этом не рассказывал. Если Данте узнает, что я без его ведома слежу за его будущим зятем, мне не поздоровится.

Эта просьба должна заставить меня задуматься о последствиях того, что я действую за спиной у дона, особенно учитывая недавнее порицание с моей стороны. Но я испытываю лишь облегчение, потому что наконец-то у меня появился повод сделать то, о чем я мечтал несколько недель.

– Я разберусь, – говорю я. – Незаметно.

Ромео кивает, и я вижу благодарность в его глазах.

– Спасибо. Я знаю, что ставлю тебя в трудное положение.

Он и понятия не имеет. Правда гораздо мрачнее, чем он думает. Да, я хочу защитить семью. Да, я хочу убедиться, что Алессандро не представляет угрозы. Но больше всего я хочу, чтобы его не стало. Чтобы он исчез из жизни Джулии, из её будущего, чтобы его вообще не было. И если это расследование даст мне повод добиться этого, я им воспользуюсь.

Хотя я знаю, что сам никогда не смогу обладать ею, и устранение Алессандро ничего не изменит, не сделает её моей, не даст мне права прикасаться к ней так, как мне хочется. Логично предположить, что если это не он, то это кто-то другой.

Но я ничего не могу поделать с другими мужчинами. А вот с ним я могу кое-что сделать. Так что я это сделаю. Я выясню, что скрывает Алессандро. И если он представляет угрозу для семьи, если он представляет угрозу для неё, я без колебаний устраню его.

Я говорю себе, что это мой долг. Защита семьи Сирес. Но я вру.