Я медленно поднялся. Улыбка сползла с моего лица. Терпение, конечно, добродетель, но я всё-таки Дьявол, а не святой. И мне надоело играть.

— Улики? — переспросил я, и мой голос стал чуть ниже, чуть глуше. — Вы серьёзно думаете, что существу вроде меня нужны какие-то жалкие человеческие улики?

Я сделал шаг к нему. И позволил себе немного… расслабиться. Совсем чуть-чуть. Просто на долю секунды приоткрыл форточку в тот мир, откуда я родом.

Это было почти незаметно. Просто тени в углах комнаты вдруг дёрнулись и поползли по стенам, становясь похожими на когтистые лапы. Воздух стал тяжёлым и холодным, как в склепе. А мои глаза… они на мгновение перестали быть глазами Таката Кацу. Они вспыхнули настоящим, багровым, адским огнём.

И мой голос… стал эхом. Глубоким, рокочущим, древним, как сама Преисподняя.

— Ты. Будешь. Говорить, — прорычал я.

Реакция Блэка была… предсказуемой. Его глаза расширились до размера чайных блюдец. Он издал какой-то булькающий звук, похожий на хрип утопленника. А потом его ноги подкосились, и он просто обмяк, мешком сползая на пол. Под ним стремительно расползалась тёмная лужа. Какая неженка.

Я брезгливо поморщился. Испортил и брюки, и воздух в помещении. Подождав минуту, я лениво ткнул его носком ботинка в бок.

— Эй. Подъём. Мы ещё не закончили.

Блэк застонал и открыл глаза. Увидел меня. И закричал. Да так, что если бы не звукоизоляция, сбежался бы весь аэропорт. Он отполз в самый дальний угол, поджал колени и зарыдал, как маленький ребёнок, у которого отняли любимую игрушку.

— П-п-простите… я всё скажу… всё, что хотите… только не надо… не смотрите на меня так… пожалуйста…

Я снова включил диктофон. И он заговорил. Захлёбываясь слезами и соплями, он выложил всё. Про встречу с Вайс, про деньги, про подделанные документы, про свою мелкую завистливую ненависть ко мне и Йоко. Он исповедовался. Исповедовался так, как не исповедуются даже перед священником на смертном одре. Потому что священник может отпустить грехи. А я — нет.

Когда он закончил, я выключил запись и вызвал полицию, которую мои знакомые предусмотрительно попросили подождать неподалёку.

Через пять минут в комнату вошли двое суровых офицеров. Увидев их, Блэк взвыл от облегчения. Он буквально бросился к ним, цепляясь за их форму.

— Заберите меня! Умоляю, заберите! В тюрьму, куда угодно! Только подальше от него! Он… он… он Дьявол!

Полицейские недоумённо переглянулись. Посмотрели на трясущегося, мокрого и откровенно воняющего мужика, потом на меня — прилично одетого джентльмена с вежливой и слегка сочувствующей улыбкой.