— Эй, Кацу! — проорал он. — У меня идея! Просто бомба! Помнишь шутку про психолога для дракона? Йоко ещё так смеялась. А что, если?..

А я помнил. Как-то раз мы сидели всей командой, перекидываясь дурацкими идеями, и кто-то ляпнул, что главная героиня ведёт себя так, будто у неё токсичные отношения с её ручным драконом. И что этой парочке срочно нужен семейный терапевт. Все тогда посмеялись, а Йоко сказала, что это неплохо. Вот только… мы отложили эту идею. Согласитесь, выглядит она немного странно, мы же эпос снимаем, а не комедию.

— Что «если»? — я с неподдельным интересом приподнял бровь.

— Как насчёт того, чтобы ты его сыграл? — выпалил Чак, брызгая слюной от восторга. — Маленький эпизод на пару минут! Героиня приходит к психологу и жалуется на своего дракона, а ты даёшь ей мудрый совет! Это будет так смешно! Так мета-модернистски!

Я усмехнулся. Сыграть роль? Я, который тысячелетиями носил тысячи разных масок, чтобы манипулировать душами королей и крестьян? А что, отличный способ немного развеяться и посмотреть на суету со стороны.

— Почему бы и нет? — пожал я плечами. — Только у меня нет сценария.

— К чёрту сценарий! — отмахнулся Чак. — Импровизируй! Ты же у нас «Демон диалогов»! Давай, покажи им, как надо!

Съёмки на натуре — это сущий ад. Особенно, когда «натура» — это вершина скалы, куда тебя только что доставил… дракон. Ну, не совсем настоящий, конечно, а очень качественная и дорогая компьютерная графика, но режиссёр настоял, чтобы мы с Йоко отыгрывали сцену на реальном уступе, куда нас забросил вертолёт. Ветер трепал дорогие шёлковые одежды моей «императрицы», а я, в роли её личного драконьего психолога, кутался в грубый халат отшельника и пытался не смотреть вниз.

По сюжету, гигантский ящер, фамильяр правящей династии, вдруг перестал подчиняться приказам и унёс свою хозяйку на эти самые скалы, где, якобы, жил тот, кто может ему помочь. Дракон, по задумке, почувствовал во мне родственную душу. Ещё бы ему не почувствовать, хех.

Камеры, установленные на соседних утёсах и дронах, впились в нас своими стеклянными глазами. Йоко, игравшая суровую и властную императрицу, выглядела великолепно. Ни тени страха на лице, лишь холодное раздражение. Она сделала шаг к краю пропасти, глядя на воображаемую морду дракона, и её голос прорезал завывания ветра.

— Объясни мне, что происходит с этим созданием? — потребовала она, не оборачиваясь. — Он сжёг священную рощу, отказался испепелить послов враждебной провинции и притащил меня сюда, словно я его игрушка!

Я сделал максимально понимающее лицо, поправил дурацкую накладную бороду и постарался войти в роль.