— Достаточно, — прервала рассказ Виола. — Мы все поняли.

В этом архимаг была права. Все было ясно и понятно. Келандцы проводили древний обряд жертвоприношения, замешанный на магии крови, крови рода Има-Тан. И если Витати сидит пред нам и рассказывает об этом.

— Я должна была войти за границу последней, став Невестой Пустоты, ее спутницей, пока Дух Истинной Магии наделяет своими силами детей нашего рода. Должна была, но…

Витати уронила голову на грудь, и на секунду мне показалось, что в ее глазах блеснули слезы. Она не смогла принести себя в жертву, не смогла выполнить миссию, которую на нее возложил родной клан. Судя по сбивчивому рассказу винефика, это происходило в роду постоянно. Они отдавали молодых и сильных юношей и девушек, отдавали одного из винефиков, чтобы усилить свой род.

— Вздор! — воскликнул Осиор. — Магия — это не духи, магия — это законы природы! Мы не до конца их понимаем, мы еще много не знаем, но это просто дремучее…

— Твои записи, — перебила истигатора Витати, поднимая голову и зло глядя на мага. — Твои рисунки, печатник. На них было святилище. Не такое, как на моей родине, но очень похожее.

Осиор осекся, с удивлением уставился на Витати.

— Но это же значит… Это значит…

— Я видела его. Видела духа. Во время свадьбы он появился в недрах Пустоты, — продолжила винефик, — он звал меня, он звал всех нас. И такой же, или другой, звал Рея. Похожий на осколок, дух манит тебя, ты тянешься к нему, пытаешься прикоснуться — но лишь глубже и глубже проваливаешься во тьму. И когда я это поняла, я поняла и то, что Рей не вернется из-за полога, дух его не отпустит.

— Поэтому Винанс так удивился, когда увидел тебя, — вспомнил я. — Неужели роду никто не рассказал?

— Как туда попасть? — проигнорировав мои слова, спросил Осиор.

Сейчас глаза истигатора блестели странным, лихорадочным огнем. Трибунальный Истигатор был похож на гончую, что взяла след.

Витати мотнула головой.

— Когда дух Пустоты коснулся меня, я… испугалась. Это было холодное, обжигающее дыхание силы. И я попыталась вырваться, приложила для этого все свои силы, отчего все вокруг буквально разорвалось на части. Святилища больше нет, его завалило скалами.

— Так, хватит, — внезапно сказала Виола. — Рей, поспи, обещаю, без тебя мы ничего обсуждать не будем. Витати тоже нужно уложить. Ваше Высочество, вам следует выпить теплого чаю на успокаивающих травах, у вас бледный вид… Осиор?

Архимаг вопросительно подняла бровь, без слов указывая истигатору, что сейчас не время и не место вести допрос винефика.

Витати же выглядела абсолютно раздавленной, но при этом какой-то… освободившейся. Она сквозь годы несла этот свой позор — она не смогла выполнить предназначение, которое ей выпало по жребию. То, что дочь Великого Шаза вытянула короткую палочку, и из всех молодых винефиков именно ей выпало отправиться навстречу Пустоте... Я не был удивлен. Келанд — суровое место и, зная Витати, я уверен, что ее отец был почти горд тем, что его старшая дочь отправится навстречу духам.