Виола согласно кивнула и, ухватив мага за локоть, оба пошли в сторону дома.
— Как ты узнала о Бальдуре? — спросил Осиор. — Я никогда не рассказывал тебе о лекаре…
— Ха! Все тебе и расскажи, — усмехнулась волшебница. — Если я упрекала тебя за отсутствие вестей все пять лет, что ты сидел в этой дыре, это не значит, что я ничего не знала о том, чем ты тут занимаешься…
— Так значит…
— Нет, милый мой, я не шпионила за тобой. Просто обзавелась несколькими контактами по переписке. Среди которых — уважаемый господин Бальдур.
Осиор в очередной раз почувствовал себя одураченным. А еще он понял, что из цепких коготков архимага он не вырвется никогда.
— Значит, ты в курсе о том, что случилось с Реем, — начал Осиор.
— В курсе. Я так понимаю, ты не успел к нему вовремя?
— Там все было сложно… Об этом тоже расскажу позже, — ответил маг.
— Сегодня, — ответила Виола. — Мы обо всем поговорим сегодня, иначе я зря тащилась через половину мира в эту дыру.
— Справедливо, — кивнул Осиор, — но сначала я должен…
Виола уже потеряла интерес к их беседе. Царственно махнув рукой, волшебница скрылась в недрах дома, оставив мага стоять у крыльца, к которому стали подносить вещи нанятые у реки грузчики.
Бальдур остаток дня прятался от Осиора по всем углам. Видимо, Ирман шепнул пару слов лекарю о том, кого именно он приютил в своем доме и по чьему науськиванию строчил Осиору приглашения, так что сейчас лекарь осмотрительно не попадался магу на глаза.
Трибунальный Истигатор не любил подобные сюрпризы, а еще его раздражала эта манера Виолы выставлять его дураком. Будто бы ей жизненно необходимо было в очередной раз самоутвердиться, поиграть, одурачить. Что мешало ей напрямую написать Осиору, что она уже прибыла в Акрильсеру? Но нет, она заявилась в дом Бальдура и взяла в оборот его старого знакомого, да так плотно, как умеет только она, Виола. И в итоге закрутилась эта бесполезная, не имеющая никакого смысла, но очень увлекательная для призывательницы игра в кошки-мышки. Где роль кошки была отведена, конечно же, самой Виоле.
Глава 13. Сестра
Геора никогда не любила отсталые миры. Грязные, неудобные, примитивные, они нагоняли на молодую хранительницу тоску и почти скорбь. Еще хуже было в городах. Вспоминая взмывающие ввысь, будто хрустальные, башни, большие и чистые площади, ощущение спокойной мощи родного мира, Геора при виде косых переулков, обшарпанных стен и нечистот в канавах впадала в уныние, которое довольно быстро сменялось злой раздражительностью.
Но был у каждого мира и свой приятный бонус. Вкус еды и напитков. Несовершенство блюд, простота и оттенки вин, что играли на языке, никогда не оставляли Геору равнодушной. Пища одних миров была пряной, других — с остринкой, третьих — отдавала почти гнилостной сладостью. Четвертые миры предлагали яства, что на вкус были, как солёный морской бриз, пятые — погружали тебя в зеленые просторы лугов, с их пыльцой, пчелами и палящим летним зноем.