— Не знаю, — покачал головой Арэта, видимо, не желал признавать, что он морально слабее. — Но сейчас я могу сказать, что виноват в развязавшейся войне. Я во многом виноват и готов понести наказание. Собственно, оно меня уже настигло. Как говорил — я умираю. Силы, дарованные демонессой, теперь для меня проклятье, пожирающее изнутри, — и тогда он закатил рукав своего кимоно, показав мне чёрные прожилки, пульсирующие под кожей. Точь-в-точь как у Джиро, только у того проклятье развивалось медленнее, и не настолько мучительно. А судя по состоянию Ямадзаки, всё довольно плохо.

— У Джиро-сама было то же самое, — я всё-таки решил поделиться. — Он называл это проклятьем Безумного Императора.

— Так и есть, ведь Акума является его внучкой и дочерью…

— Я знаю, — грубо перебил главу соседнего клана. — Нам довелось с ней тесно пообщаться. Не без твоей помощи.

— И я прошу за это прощения, — Ямадзаки слегка поклонился, чем удивил не только меня, но и свою супругу, что уставилась на него непонимающим взглядом. — Не смотри так на меня, Яиои, — с лёгкой улыбкой попросил он. — Если б я знал, до чего дойдут наше сотрудничество с демонессой, то ни за чтоб не согласился. Акума виновна в сотнях смертей, в том числе и моей. Да, я уже чувствую ледяное дыхание и должен успеть всё уладить, пока есть возможность. Вряд ли Кен справится со всеми проблемами, которые я создал при жизни.

Внезапно Арэта хлопнул в ладоши, и я вновь невольно потянулся к оружию. Но, как и в прошлый раз это не понадобилось. Из дома вышла девушка, можно сказать, совсем девочка, лет тринадцати, если судить по человеческим меркам, с неко всё было несколько иначе, так как жили они дольше.

Дочь?

Облачённая в такое же красное кимоно, как и супруга Ямадзаки, она представляла полную копию женщины лишь с одним различием — была невинно красива.

— Как ты уже понял, Тсукико, это моя дочь, — слабо улыбнулся Арэта, протянув к ней руки. — Ещё одна радость моей жизни.

Чёрт, неужто он решил меня растрогать?

— К чему всё это, Арэта? — я нахмурился.

— Ты сказал, что хочешь мира между нашими кланами. Честно говоря, я тоже жажду этого. Слишком долго мы враждовали и ничем хорошим это не закончилось. Я признаю поражение, мальчик. Ты победил.

Из его груди вырвался тяжёлый вздох.

— Сдаёшься? А не слишком ли рано? Я слышал, что Ямадзаки Арэта сражается до последнего.

— Так и есть, — тихо отозвался он. — Но на моём счету не только победы. Я умею достойно принимать поражения. И в качестве доброй воли готов отдать тебе те пару деревень у главного моста. Ваны, живущие там, давно признали власть Ито, благодаря тебе. А после бойни, что ты там устроил, уже ни за что не будут мне подчиняться. Они не дураки, как бы кто ни считал, потому можешь забрать их себе. Думаю, так будет правильно.