Глава 9
Кивнув приёмному отцу, взмыл в небеса. Да темно, но ночное зрение, доставшееся, как я понимаю, от матери, позволило видеть даже в это время суток. Новый костюм, к сожалению, лишь отчасти состоящий из порванного, согревал от прохладных потоков воздуха. Меч, что практически всегда был за моей спиной, придавал уверенности.
Не знаю, почему, но ощущая тяжесть острого металла, чувствовал себя более уверенно. Наверное, такое случалось со многими воинами.
Сумка так же закинута за спину, чтобы не мешалась и…
— Бакэ!
Я резко остановился в воздухе и вытащил наружу задремавший сандаль, дрожащий на такой высоте от холода. Или же от страха, сейчас узнаем.
— Твою мать, ты что здесь делаешь!
— Тсукико! — воскликнул тот. — Боги, не отпускай меня! Ты же знаешь, что мне нечем держаться! Выпаду и…
— Зачем вообще сюда забрался⁈
— Так мы ведь весь день с тобой вместе. Ну меня и сморило, пока гуляли. А сейчас проснулся и вижу, что мы летим!
Последние слова он выкрикнул. Значит, всё-таки боится.
Так, стоп…
— То есть ты был в сумке всё это время? — прошипел я, отчего, как мне показалось, сандаль поёжился. Хотя вряд ли такое вообще возможно.
— Тсукико, вот к чему такие вопросы? — заискивающе пробормотал тот. — Ты же знаешь, что я…
— Бакэ! — я разжал пальцы, отчего сандаль чуть было не упал. Теперь я держал его лишь за край каблука. — Отвечай по существу!
— Ладно, ладно! — взвыл тот, уставившись на сумеречный лес, протянувшийся под нами на многие дзё по сторонам. — Да, я был в сумке, но всё время спал! Я ничего не видел!
— А я ведь не спрашивал, видел ты что-то или нет, — ехидно усмехнулся в ответ и подбросил сандаль в воздух.
Тот с диким криком прокрутился и приземлился точно мне в ладонь.
— Хватит! — кричал он, пока кружился, словно сюрикен, пущенный ниндзя.
— Почему? — переспросил я всё тем же тоном, сжав приятеля. — Боишься? Ты же деревяшка, разве может погибнуть тот, кто не имеет тела?
— У меня есть тело! — возразил сандаль. — И оно довольно хрупкое.
— Так давай проверим насколько, — я хотел было замахнуться, но в последний момент передумал. После чего вздохнул и уже по-дружески обратился к бакэ. — Снова ты за старое. Я думал, мы договорились.
— Прости, Тсукико, — пробормотал тот виноватым голосом. — На этот раз я не специально. Всё и правда вышло случайно. Уснул в сумке, а проснулся уже от ваших…
— Да, я понял, — улыбнулся в ответ. — Ну а почему не выбрался, когда мы прилетели домой?
— Не знаю, — честно признался он. — Меня вновь сморило. А потом вы говорили с Ито-саном, и перебивать вас мне не хотелось.