Я ненадолго задумался.

А ведь он, по сути, прав. Жить в таком состоянии, помня, кем ты был, должно быть тяжело. Да нет, я уверен, что это тяжело. И желание бакэ пойти со мной, чтобы хоть как-то развеяться, вполне оправдано. Будь я на его месте, то поступил бы точно так же.

— Твоё право, — кивнул я с одобрительной улыбкой.

— Благодарю, Тсукико, — сандаль прыгнул мне на колени. — Поверь, нам будет весело. Только подумай, сколько историй я могу рассказать…

— Я уже жалею о своём решении, — усмехнулся я, поднимаясь. — Но будь что будет. Идём, надо найти рыжих коротышек.

— А зачем? — хмыкнул бакэ, — запрыгнув в сумку. — Они уже здесь.

Чёрт, видимо, я опять задумался, так как вновь профукал момент, когда местность изменилась. Под лунным светом появились маленькие светящиеся точки. Голубые шарики никак не были похожи на тех духов, с которыми я познакомился, но ими оказались именно кидзимуна.

— Господин? — пискнул один из них, когда вокруг столпилась орава лесных духов. — Вы изгнали Юки-онна?

— Да, — коротко ответил я. Присмотревшись, можно была различить их мордочки и рыжие волосы. Голубое свечение исходило от тонкой кожи. Казалось, будто они просвечиваются насквозь. — Мы квиты.

— Всё верно, господин, — произнёс мелкий дух, почтительно склонившись и попятившись.

Сперва я не понял, чего это он так испугался, но потом в голове пронеслись воспоминания о том, как я уже прикончил парочку их родичей. И стоило прокрутить эти мысли, как в душе поселился стыд. Однако, что удивило и меня самого, вместе с ним пришла и злость. Я злился на себя и на мелких духов, которые оказались не такими уж и невинными. И то, что мне пришлось пожертвовать двумя из них, было необходимостью. В первый раз я не знал, что всё обернётся именно смертью кидзимуна. Второго же, да, хладнокровно заставил отдать свою жизнь.

«Успокойся, Тсукико, — зашептала Канон. — Всё не так плохо, как кажется».

Да, всё гораздо хуже.

«Нет, ты не виноват в том, что произошло. Ведь ценой одной жизни спас сотни. Это более чем справедливо».

Я понимал, что в её словах есть логика и, скорее всего, богиня права. Но в то же время не мог избавиться от мыслей, что наворотил слишком много. Но, словно в резонанс с самобичеванием, в голове появились образы убитых ванов Ито. Теруко, поднятая на копьях, Шинджу, Ай, чьи мёртвые тела кромсали вражеские мечи и втаптывали в грязь ноги воинов Ямадзаки. Акайо, что неистово бросился в бой и погибший совсем недалеко от меня…

По спине пробежались мурашки. Ночной холод превратился в ледяные когти, сжавшие сердце. Моя семья погибла. Их настигла столь жуткая смерть, которую я не мог пожелать даже старику Арэта. И это помогло мне отогнать чувство вины.