Коротко взрыкнув, он задвинул Илану себе за спину и открыто вперил в Верховного Вождя тяжелый, немигающий взор. Короткая гортанная речь словно выдернула из вождя-медведя хребет — мой недавний собеседник резко поскучнел и опустил глаза, примирительно вскидывая руки вверх.

— Мне неинтересны ваши внутренние распри. — доверительно сообщил ему я, когда получивший отповедь Вождь вновь повернулся ко мне. — Но я попросил бы вас впредь воздержаться от оскорбления этой замечательной девушки.

Предположение угодило точно в цель. Вождь удивлённо вскинул брови и, помедлив, церемонно кивнул, выражая своё понимание и согласие. Рука с кинжалом медленно наливалась тяжестью. А первоначальная затея уже перестала казаться успешной и единственно верной.

— Леон из рода Хаттори, я — Удаул, Верховный Шаман народа Э’вьен, и моя дочь Илана, Видящая народа Э’вьен, просим тебя остановиться. Верни клинок в ножны, здесь нет твоих врагов. Мы готовы ответить на твои вопросы и протянуть руку дружбы. — сказал тот, кто, по-видимому, обладал верховной властью, садясь рядом со мной и полностью копируя позу моего первого собеседника. — Остальные свободны! — коротко рявкнул Удаул, непринуждённым жестом останавливая дернувшегося медвежьеголового: — Нет, Геркэн, останься. Пожинать плоды твоих успехов мы будем все вместе…

* * *

— Несносный мальчишка! Ты вздумал торговаться со мной?!!! — раненым зверем взревел Геркэн, вождь племени Медведя, взревел так громко, словно сам на несколько мгновений стал воплощением своего тотема. — Может, хватит выдвигать условия⁈ Или ты недоволен тем, что мы предлагаем⁈

— Да, Великий Вождь, — смиренно склонив голову, я только едва заметно ухмыльнулся, что не осталось незамеченным. Шаман неодобрительно кашлянул, но смолчал, предпочитая не лезть в ожесточенный спор, что шёл уже почти час.

Лицо предводителя Медведей налилось дурной кровью, сделав его похожим на разъярённый помидор. Дед оценил мысленное сравнение и заржал, чем вызвал острый приступ зависти — ему, в отличие от меня, можно было не сдерживаться.

— Удаул! Разбирайся с ним сам! Иначе я придушу его! — вновь взревел вождь, вскакивая на ноги. Запахнувшись в своё одеяние, он стремительно пересёк юрту и, остановившись у выхода, вновь рявкнул: — Наделяю тебя властью и ответственностью за наш народ, шаман! Но не вздумай идти на уступки этому… этому… этому…

Так и не подобрав должного определения, Геркэн смачно сплюнул и вывалился наружу, оставив меня и шамана наедине. Илану мы общими усилиями спровадили в дальнее и долгое путешествие, целью которого была добыча большого количества съестного для поддержания сил в наших угасающих организмах.