Злость иррациональна. Порой она настигает тех, кто её совсем не заслуживает. Учеников осталось слишком много. И Котаро знал, как провести последний, решающий отбор.

— Хватит!

Кумико сбилась и мелодия — умиротворяющая и гармоничная — прервалась, взяв ошибочно высокую ноту. Флейта захлебнулась криком. В прохладном утреннем воздухе повисла тягучая тишина. Котаро продолжил вести разминку в относительной тишине. Безмолвно. Над тренировочной площадкой разносились лишь звуки дыхания учеников и самого сенсея. Но любому молчанию приходит конец.

— Такеши!

Окрик Котаро возымел немедленный и результат — юноша покинул место в построении и приблизился, низко склонившись перед учителем. Наставник некоторое время буравил глазами его согнутую спину, словно переубеждая себя в уже принятом решении.

— Завтра у тебя поединок. — подчеркнув важность события, Котаро заложил руки за спину и пошёл по внешнему периметру площадки. — Братья Энамото. Погодки. Стихия Огня.

Такеши молчал, не поднимая головы, но внутри усмехался. Он не боялся своих противников.

— Завтра ты умрёшь. В прямом противостоянии от тебя останется только кучка золы и пепла!

Слова наставника юноша принял всерьёз и насторожился, ища в сказанном подвох. Ученик синоби, прошедший первую ступень посвящения успел привыкнуть к странным шуткам Котаро. Выпрямившись, Такеши раскрыл рот, желая спросить.

Гибкая плеть, свитая из скрученных струек стихии Дыма, захлестнула горло парня тугой удавкой. Рывком поставив юношу на колени, синоби одним прыжком оказался рядом:

— Слабак!

— Прошу, господин, сжальтесь!

Два выкрика прозвучали одновременно. Кумико смертельно побледнела, намертво стиснув флейту в повлажневших ладонях. Но была услышана. Всё же иногда боги слышат молитвы. Котаро отвесил парню звучную оплеуху, вымещая на нём раздражение:

— Хочешь стать сильнее? — неожиданно спросил полудемон, низко наклонившись к коленопреклонённому юноше и ослабив хватку на его шее.

— Да-а-а… — прохрипел Такеши, разевая рот в попытках сделать нормальный вдох.

— Тогда убей их, — всё так же тихо промолвил синоби, указывая на остальных учеников. Он говорил тихо, но его шёпот слышали все на площадке. — Убей и принеси мне их сердца. Проиграешь — умрёшь. Тот, кто убьёт тебя, получит моё имя.

Ученики не задавали лишних вопросов. Парни синхронно поклонились, перетекая в боевые стойки, и приготовились к бою.

Внешне разные и в тоже время столь похожие — уже безликие, почти бесчеловечные монстры. Процесс ещё не завершён. Нужен последний, самый жестокий отбор.

Юные синоби не сомневались в своём праве убить брата. Слишком сильный, слишком непохожий, странный и даже слегка безумный.