Клегг взял у Вика плазмоган за ремень, нагнулся и сказал в сторону:

— Глупость.

— Считай, как хочешь. Но будь готов открыть огонь, когда начнется заваруха!

Глаза Клегга понимающе расширись. Не говоря ни слова, он отошел,

Женщин выпустили первыми. Одна прошла мимо, прижимая мальчишку лицом к плечу, и на Вика даже не посмотрела. Сай принял их у поворота и увёл за кроулер.

У ворот обыскивали — солдат в серо-синем похлопал по бокам, вывернул подсумки, вытряхнул нож, отобрал у Эль мультитул и фонарь. Вытянул у неё из-за пояса игольник, повертел, не понял, что это и бросил в мешок к прочему хламу. Кант перчатки смял вместе с запястьем и отпустил.

Про игольники на Кене не слыхали. Лекарскую иглу тут искали в лазарете, а не в кулаке.

— Проходи.

По колонне их развели: Вика ближе к голове, Эль через двоих за ним, между старухой в галошах и парнем лет шестнадцати, Роука в середину. Шла Эль, вздёрнув подбородок, и сипела что-то под нос.

Айвен вышел последним — без шлема, с той же грязной полосой через скулу, но при этом надменный, будто на приеме в собственном дворце.

— Двинулись.

Колонна вытянулась по битой улице: впереди десяток солдат, дальше вперемешку конвой и деревенские, в хвосте ещё группа с двумя ранеными на волокуше. Шли ходко, обходя провалившуюся крышу и кирпич.

Порядок Айвен выстроил грамотно. Между двумя деревенскими — боец. Между двумя бойцами — деревенский.

Вик шёл восьмым от головы. Руки держал на виду, ладони раскрытыми, локти от тела. Четыре иглы сидели в канте перчатки головками наружу, пальцы предательски вспотели. Сейчас он боялся не выстрела в спину, а собственной мокрой руки.

Эль шла через двоих позади и хрипела на вдохе. Свои иглы она загнала в подкладку рукава, как у Вика, они остались незамеченными.

Конвоир Вику достался молодой. Забрало поднято, на скуле свежая ссадина, жадно дышал ртом — несколько часов боя измотали даже его.

— Шире шаг, — бросили в голове колонны.

Прошли сто, двести метров. Вот уже показалась околица деревни.. Дальше — голое поле, и там их всех положат в борозду за минуту.

Надо отвлечь конвоира. Отвлечь, и…

Глаза Вика лихорадочно шарили по развалинам, и не находили решения.

Лишь на выходе из деревни он увидел то, что искал. У канавы, лицом вниз, лежал мертвец в серо-синем. На плече — витой золоченый шнур. Нелепое древнее украшение, почему-то популярное на Кене.

— Слева, — окликнул Вик. — Ваш офицер.

Молодой скосил глаза.

— Идите.

— На жаре лежит. Собаки придут на запах!

Молодой повернул голову. Оглянулись еще двое солдат: своих в Доме Десмонд бросать не полагалось, а тут лежал не рядовой.