Действительно, праздник здесь явно закончился.
Чёрная площадь напоминала место сбора зомби, топчущихся на месте и нелепо размахивающих руками. В воздухе висело злое, тягучее напряжение, готовое в любой момент прорваться и кровавыми ошмётками разлететься по всей столице. И подобные, явно неадекватные персонажи, всё прибывали и прибывали, заполняя и без того переполненную площадь.
— Секретарь! Срочно вооружай фифулей и переодетых военных! — приказал я.
— Уже. Все выведены из толпы и рассредотачиваются по улочкам, организовывая заслоны.
— Отлично! Черныш! Перенеси меня к Белой площади!
На ней творилось то же самое без каких-либо дополнений. Ручейком тянулись одурманенные чем-то люди и становились плечом к плечу.
Откуда они в таком количестве? Ладно бы на площади вино испорченное было — ещё понять можно, но его уже убрали, а зомби как шли, так и идут.
— Харм, — попросил я своего незаменимого помощника, — ты можешь проследить, откуда начинается это безобразие.
— Сейчас, друг! — с готовностью ответил ящер и исчез на несколько минут.
— Там по всему Белому району небольшие бочонки стоят с надписью “Подарок от Императора”. Люди пьют и потом на площадь идут. Нехорошие они, Илий! Очень нехорошие! Я чувствую, что им убивать хочется и больно делать! — доложил он, тревожно глядя своими большими глазами. — Их пока ещё недостаточно, но когда станет чуть больше, то пойдут осуществлять свои желания.
Чёрт! Надо срочно связаться с архимагом — тут без магии явно не обошлось! Но старик меня проигнорировал, равнодушно заявив:
— У меня в дворцовой защите непонятные попытки проникновения, поэтому с чернью разбирайся сам.
Вот так вот! Остаётся ещё один вариант — Юнолина.
Оказавшись в её комнате, я чуть не поперхнулся. Архимагесса лежала обнажённая в большой ванне, которую явно наколдовала сама и невозмутимо читала книгу. Всё бы ничего, если бы не вода, покрытая тонкой корочкой льда и весёлый сквознячок из открытого окна, снежинками опускавшийся ей на плечи.
— Подъём, Снегурка! Дело срочное! Людей спасать надо! — скомандовал я, но не получил никакого ответа.
Подождал минуту, потом спросил:
— Я говорю на непонятном языке?
— Нет, Илий. Моя служба с тобой в Босвинде ещё не началась, и просто так выполнять приказы непонятно кого я не намерена.
Демона ей в глотку! Бездушная и есть бездушная — кроме прагматизма ничего нет. Ладно! Буду давить на неё!
— Юнолина, прекрасно понимаю твои мотивы, но в данном случае ты делаешь хуже только себе, так как, пользуясь своей логикой, в которой есть место и эмоциям, я сразу по приезду в Босвинд прикажу, заметь, имея полное право на это, поселить тебя вместе с Кортинаром. И сразу обозначу — это будет месть за твой сегодняшний отказ и ему, кстати, тоже “прилетит” за дело.