— Если бы, Андрей Алексеевич… — виновато развел я руками. — Но на этот раз — уже не в вашем районе.

— Сочувствую вашим хлопотам. Соизволите рассчитаться? — предложил он листок, заполненный убористым почерком с крупно обведенной суммой в самом низу.

— Так, — взял бумагу Артем в руки и сосредоточенно вгляделся. — «Уборка территории, вывоз мусора, нарушение санитарной зоны по сжиганию изделий из дерева и пластика… Шум в общественном месте, обесточивание газопровода, разрыв газопровода, восстановление линии газопровода… Суммарный сопутствующий ущерб сторонним организациям…» Компьютеры, принтеры, куртки замшевые — три… Дежурство спецтехники и экипажей… Деревья липовые, старше десяти лет, пять штук… Сколько?! — Наконец возмутился Артем. — То есть, я хотел сказать, там не было ни единого дерева!

— Родион Геннадьевич очень хотел бы, чтобы они там появились.

— Плати… — кашлянул я в руку.

— Ладно, — неохотно произнес Шуйский, поняв, что за этой строчкой скрывается неизбежная плата за беспокойство. — Но — плитка! Да я не то чтобы на нее кого-то кидать с высоты — дышать боялся на эту плитку! Честью клянусь! — задохнулся он от возмущения.

— Все бы так о ней заботились, — с уважением кивнул Андрей Алексеевич. — Значит, так было до вас. Вычеркивайте. Итого, за вычетом… — Как по волшебству появился в его руках калькулятор, быстро произведя операцию по вычитанию. — Соизвольте ознакомиться, — повернул он к нам циферблат.

Артем с сомнением посмотрел на мешок на заднем сиденье. Что-то мне тоже показалось, что как бы не пришлось доложить своих…

Но обошлось — деньги выложили на крышку багажника, быстро пересчитали (у чиновника оказалась с собой специальная машинка), выдали положенное, а скудный остаток положили сверху в качестве чаевых.

— У меня такое ощущение, что их грабил не я, а город, — передернул Шуйский плечами, выезжая из проулка.

Я изобразил поддакивание. Так-то оно приятнее думать, чем если бы город грабил лично вас.

— Зато у тебя осталось моральное удовлетворение.

— Еще нет. Надо к этому… Ростиславовичу.

— Значит, я звоню дальше, — констатировал я.

И вновь — мои сочувственные ноты в адрес человека, настроение которого явно не в восторге от излишнего шума в его районе. В ответ же — грустное понимание неизбежного, но вместе с ним вежливый призыв не горячиться и действовать на холодную голову.

— Знаешь что… — скептически смотрел Артем на переливающееся огнями заведение, к которому мы подъехали уже в полдесятого вечера.

Некоторые пробки не победить — особенно на выезде из города, а тут край Москвы, его восточное направление, да еще усугубленное очередным ремонтом.