— Артем!

— Ох, что-то сердце закололо…

Этот жест он за три года тоже не тренировал.

— Артем, что с тобой?! — явилась, не прошло и мгновения.

За локоток его заботливо поддерживает и снизу вверх в глазки встревоженно заглядывает. Только что ее тут не было!!!

— Проверь его температуру, — распорядился я строгим голосом.

— Н-нормальная, — приложила она ладошку к широкому лбу наивно улыбающегося дуралея.

— Цифрами!

— Тридцать шесть и шесть!

— А завтра какая будет?!

— Тридцать шесть и шесть! — выпрямилась она испуганно, но ладошку не убрала.

— Полный ответ!!!

— Завтра температура Артема — тридцать шесть и шесть!

— Вместо Артема — Нарьян-Мар!

— Завтра в Нарьян-Маре — тридцать шесть и шесть!

— Не дай бог им такую погоду! Закончили, — отвел я взгляд в сторону и позволил Вере выдохнуть.

— Ч-что закончили?

— Кастинг, — веско ответил я и обратился к Артему: — В общем, раз до твоего лба дотягивается, то до Анадыря по карте тоже сможет. Голос поставлен, дикция четкая, завтра же на работу.

— Какую еще работу! — возмутилась Вера в голос.

— Вера, Максиму срочно очень нужен ведущий прогноза погоды, — взяв ее ладошку в свою лапищу, заворковал Артем.

— Но у меня работа в деканате…

— Иначе Артем будет страдать, — жестко произнес я абсолютную правду.

— Я согласна! — Вера гордо вздернула подбородок и вновь посмотрела на меня как на врага.

— Тогда вот тебе пятьсот рублей, купи нам мороженое.

— Максим!.. — возмутился товарищ.

— Себе тоже купи, — неохотно согласился я, вкладывая в прохладную ладошку купюру. — Смотри, чтобы была фабрика Макси́ма.

— Ма́ксима? — неверно поставила она ударение на первый слог.

— Иди уже!.. — прорвалось из меня раздражение, от которого она пискнула и исчезла.

— Максим… — вновь запыхтел возмущенно товарищ.

— Что? — покосился я на него. — Я вообще-то тебе помогаю, а не ей.

Между прочим, после его котят ко мне Машк всякий раз неделю принюхивается и смотрит с осуждением.

— Я пообещал ей, что ты постараешься быть галантным.

— Ой зря…

— И свидание ей пообещал, чтобы загладить твою вину, — настойчиво добавил он. — А еще мы сегодня идем в музей! Вместе! Я тебя прошу, постарайся быть с ней вежливее.

— Одно условие, — подумав, обвел я шумящие и галдящие окрестности взглядом.

— Слушаю.

— Ты привяжешь ей колокольчик.

— Максим!

— А иначе она меня нервирует!

— Кто нервирует? — осторожно спросили со спины Вериным голосом.

А я, между прочим, даже не дрогнул. Повернулся со всей солидностью, забрал свое мороженое в вафельном стаканчике и отвернулся обратно.

— Тут сдача… — пробормотала она. — Только мелочью дали, размена нет… — прозвенела она монетками в прозрачном пакетике.