Нас уже успели заверить, что Игоря Александровича Долгорукого сегодня не предвидится.

— Нет! — подтвердила она.

— Ну, мы подождем, — улыбнулся я.

— Так ведь не придет… — робко уточнила девушка.

— А вдруг? — с обаятельной улыбкой развел я руками.

— Понимаете, у нас ремонт, — вдохновленно произнесла она, спрятав чуть подрагивающие руки под столом. — Полная замена мебели! Поэтому Игоря Александровича сегодня никак не может тут быть!

— Вот как… — погрустнел я.

— Да! — отчего-то расцвела она улыбкой. — Вот как раз грузчики пришли, старую мебель забирать, — приподнялась она из-за стола и стремительно вышагнула навстречу трем кряжистым молодцам в спецодежде, зашедшим в помещение. — Ребята, вам сюда!

— Так, может, мы подсобим? — произнес Артем, поведя плечом.

— Нет-нет-нет! Что вы! Вы же гости! — заверила нас секретарь и лично проводила грузчиков до двери, плотно прикрыв за ними створку. — Вот, ремонт в полном разгаре, — вздохнула она полной грудью. — Давайте я вас запишу на другой день?

— Мы подождем, — так же невозмутимо ответил я и откинулся на спинку кресла.

— Но…

— Вы ведь знаете, чей это кабинет?

— Да…

— Или кресло подо мной вы тоже решили поменять?

— Нет-нет! Ожидайте конечно же! Просто я хотела как лучше… — засеменила она обратно на свое место и с деловым видом взяла в руки бумаги.

— Вы их переверните лучше, — посоветовал я.

Девушка побледнела, затем порозовела, но продолжала читать перевернутый вниз головой текст.

Тем временем вновь открылась дверь кабинета — первым вышел грузчик, удерживая в руках по два сложенных друг на друга стула. За ним, с изрядными сложностями и тихими матерками, выглянули еще двое, вытаскивая из помещения массивный шкаф, зафиксированный по периметру скотчем — чтобы дверцы не повредить.

— Вы бы его разобрали для удобства… — с осуждением произнес я.

Грузчики замерли, словно вокруг ночь, а я участковый. Затем медленно и уверенно пошли дальше — уже беззвучно и с невозмутимым видом.

— Он же в лифт не пролезет! — с интересом оценил я габариты.

— А мы его п-по лестнице п-понесем… — просипел с надрывом идущий позади.

— Так сто этажей!

— А нам за каждый платят… — поравнялись они с нами.

— Стоять, — негромко, но выразительно произнес я. — Шкаф — поставить.

— А… — Поставив шкаф, они смущенно потоптались на месте, оглядываясь на секретаря.

— За дверь, оба, — встал я с кресла.

Грузчики молча вышли.

Я же подошел к шкафу и одним движением снял завязку из скотча с ручек. Затем мягко потянул дверцу на себя и заглянул внутрь.

— Игорь, да ты похудел! — обрадованно посмотрел я на смущенное бледно-розовое лицо друга, поправлявшего длинные волосы и выбившийся из-под клетчатого жакета ворот рубашки.