А затем жизнерадостным прямоугольным объектом, два метра диагональю, зашагал к нашей машине, распугивая машины со второй полосы.

Был он одет в пеструю майку, будто сшитую из государственного флага какой-то африканской республики, снятого собственноручно с флагштока перед тамошним правительством. Две разросшиеся пальмы ног прикрывали белоснежные шорты, а сандалии казались разорванными внутренним давлением кедами. Ну и конечно же улыбка, искренняя и чистая, чтобы горожане от такой харизмы не стали разбегаться в разные стороны.

— Превед, медвед.

— Привет… — споткнулся он заготовленной фразой и наклонился к окошку. — Ты почему трубку не берешь?

— Здравствуйте, — ангелочком пропела Тоня.

— Привет! — отреагировал на нее Артем, ослепив отраженным от зубов солнечным светом. — У тебя сегодня крутой водитель, а?

— Ага. Правила соблюдает, посередине дороги не встает.

— Слушай, мы тебя еле в городе отыскали, — с укоризной отреагировал он. — Всех постовых подняли, чуть ли не план «Перехват». А у тебя вон телефон вызовом мерцает. Почему не отвечаешь?

— Я тебя в последний раз видел два года назад, — повернулся я по направлению движения машины и добавил холодно: — И ты был очень занят для меня.

— Максим! — Крыша «опеля» жалобно простонала от возмущенного движения руки Артема. — Дался тебе этот момент!

— Это был очень важный хоккейный матч, и ты должен был стоять на воротах!

— Да я в эти ворота еле влезал!

— Ты был идеален для этой миссии, — согласно кивнул я. — Без тебя мы чуть не проиграли.

— Так, стоп! — поднял он руки. — Но не проиграли ведь, верно?

— Да, без тебя.

— Так в чем дело?!

— Вы тоже справитесь без меня.

— Да там твой родственник в аэропорт приехал! — воскликнул Артем, теряя терпение. — Рухнул с неба на взлетку без разрешения, попробуй его выкинь теперь, «виртуоза» чернобородого! У нас аврал, эвакуация! Сорок рейсов возвращены, две тысячи человек кое-как устроили по всем гостиницам!!!

Мимо, объезжая нас, пытались прислушиваться к экспрессивной речи другие водители, но неведомо откуда взявшийся регулировщик быстро оживил движение. Даже двух наших попутчиков на джипах тоже прогнали вперед.

— Грустно вам… — покачал я головой.

— Да он тебя требует, Максим! Тре-бу-ет! У меня в княжестве!!! — чуть ли не рычал Артем, от гнева сжав ладони в кулаки.

— Совсем грустно. Сочувствую.

— Да есть в тебе хоть капля понимания?! — посмотрел он хмуро, вновь кладя лапищу свою на крышу машины. Сталь ощутимо прогнулась, но убирать руку он не стал.

Я бы, наверное, предложил ему присесть, если бы хотел. Но ведь раньше была дружба, а стало «я занят» и «я очень сильно занят», быстро сменившееся в «Артема нет» голосом камердинера. Отец говорил что-то про его статус, а по мне так статус друга — он всегда выше.