Дипломатия — это, как оказалось, вообще мое. Главное правило дипломатии — чтобы танк действительно был, и продолжение беседы выходит позитивным и дружественным.

Ну а у Артема отчего-то любая затея с танками теперь ассоциируется с неприятностями. Индивидуальная реакция, причем ошибочная; я считаю — он механик-водитель, что называется, от Бога.

— Тебе в третью дверь направо. Там душ, сменная одежда. Твой размер найдется.

— Это еще зачем? — возмутился Артем.

— Ты же не хочешь вызывать стойкие ассоциации с поездом и долгой дорогой? Выйдешь раньше — постучись в дверь напротив, я там.

— Откуда в офисах душевые? — с сомнением пробурчал он, подходя к своей створке двери, но не решаясь ее открыть.

— Не за всякой дверью то, что написано на табличке.

— Тут вообще ни одной таблички нет!

— Значит, там может быть вообще все что угодно… — распахнул я свою дверь, входя в уютную комнату с панорамным остеклением и запирая за собой.

Артем уж наверняка справится и зайдет самостоятельно.

А передо мной был гостиничный номер: обычный, но неплохой — с широкой постелью, холодильником, офисным столом и ноутбуком. По правую руку дверь шкафа прикрывала полноразмерную гардеробную комнату, по левую же за зеркалом спрятались душевая и прочие удобства. Весь этаж предназначался для командированных, а также для персонала, привычного к ночным вахтам. Страна большая — иногда нужно ночевать на работе, чтобы позвонить во Владивосток и застать абонентов в их «восемь утра».

К слову, в коридор я вышел первым, поправляя серый костюм, надетый поверх классической белой рубашки с красной бабочкой.

Вежливо постучал в противоположную дверь и покосился на достаточно скромные часы на левой руке. Пока в графике.

— Тут сорочка не застегивается! — отчетливо проворчал Артем на мой стук.

— Это называется «мода», — чуть повысив голос, подсказал я.

Резко распахнулась дверь, и из комнаты на меня хмуро посмотрел товарищ. Был он в островерхих бежевых туфлях, брюках им в тон, застегнутых строгим ремнем с довольно вычурной серебряной пряжкой. Мускулистый торс облегала шелковая сорочка с крупным, но почти незаметным по цвету орнаментом, а мощную шею даже и не думал закрывать достаточно широкий и непослушный ворот, пуговицы на котором были исключительно декоративными.

— Почему там нет ничего нормального на мой размер? — хмуро произнес он. — Я проверил. Два пиджака на спине порвались… Кстати, извини, — добавил он с оттенком вины, чуть умерив тон.

— Это сейчас — самый шик, — доверительно доложил я ему.

К тому же с пиджаком это не носят.

— У нас за такое бы побили… — тронул он ворот.