— Не серчайте, ваши милости, но порядок один на всех.

— А можно нам разные… комнаты? — подняла подбородок Ника.

— Так это… ваша милость, а бандитов нам куда сажать? Нет, ежели вы не согласны, то отделим, только к вам кумушек придется подсаживать. А они зело неприятными на запах могут оказаться, — равнодушно пожал он плечами. — Жара, многих тошнит с устатку.

Ника молча прошла в дальнюю клетку.

— И документики, документики ваши, будьте добры! Телефоны, опять же. Колюще-режущие предметы, оружие? Нет — и отлично.

Передав вслед за Никой паспорт и сотовый, я проследовал внутрь, задержавшись только на самом пороге.

— Будьте так любезны, не найдется нитка с иголкой? — указал я на свой пиджак и пуговицу в руках.

— Не положено, — промямлил он, но просимое мне все-таки принесли.

Нитка, конечно, не в цвет ткани, однако — чем богаты…

Расположились на лавке: я — в центре, пиджак на коленях разместив и пошивкой занимаясь. Ника — с самого краю. Поначалу отвернулась было демонстративно, в стену уставившись, но там такая пошлость понаписана, что пришлось ей гордо смотреть перед собой. Собственно, перед ней тоже была стена коридора.

— Рассказывай, — мельком глянув на нее, предложил я.

— Про что?

— Как я тебе жизнь испортил.

— Даже сейчас решил поиздеваться?

— Я, между прочим, абсолютно серьезно пытаюсь во всем разобраться.

Девушка окатила уничижительным взглядом, встала с места и подошла к решетке.

— У меня же есть право на звонок? — громко спросила она дежурного.

Наши старые знакомые — лейтенант и городовой — сообщив, что начальству доложили, почти сразу отделение покинули. Оно для чувства самосохранения верно, и понять их можно — вдруг аристократы на них жаловаться начнут. Так что остались мы в компании хмурого типа, который от нашего присутствия тоже не испытывал ни малейшего удовольствия.

— Сейчас, — прошагали к нашей клетке с массивным телефоном, провод которого волочился за дежурным по полу. — Набирайте, — предложили Нике трубку и четыре ряда кнопок для набора.

Сервис, однако.

— У вас связи нет, — попыталась девушка набрать первые цифры, пару раз нажала на сброс, но явно ничего не получилось. — Шорохи какие-то и шелест.

— Только что работал, — недоверчиво посмотрел дежурный на нее, забрал трубку, проверил сам и вынужденно согласился: — Не работает.

После чего ушел обратно на свое место.

— Подождите, а можно мой сотовый!

— Не положено, — канцелярски ответили ей.

— Итак, будем говорить? — отряхнул я пиджак и набросил себе на плечи, застегнув.

Оглядел — нормально пуговица встала: на одной линии с такими же, способными защитить от наводнения с камнепадом и от падения с высоты. Кого-то дома одевают, чтобы не простудился. Меня — чтобы выжил.