Только все же было ощущение неполноты в этих рассуждениях. Мысли в целом правильные, только что делать с тем, что меня все равно продолжат считать чудовищем? Все сломал, все починил, а завтра снова сломает…

За окном прогремели первые залпы салюта, заказанного мною в честь успешного, как я тогда искренне полагал, завершения первого дня экзаменов. Отсюда его не увидеть никак — окошко высоко. Разве что на потолке отражались отсветы красочных переливов праздничных огней.

Пока прислушивался к раскатам фейерверка, для порядка подсчитывая реальное и оплаченное их число (сошлись), понял, что мнение Ники будет для меня поважнее благополучия всего ее рода. То есть пусть перестанет считать меня монстром — это важно, а ее семья идет прицепом. И никак иначе. Найти бы, к кому обратиться по этому поводу с советом…

— Дежурный, про нас забыли, да? — подала голос Ника, когда салют завершился и наступила глухая тишина.

— Начальство в курсе, ожидайте, — пробурчал он, перебирая листки очередного дела.

Телефон зазвенел минут через сорок, заставив встрепенуться нас обоих.

— Это вас, — принес мне трубку сержант.

Не соврал: по ту сторону — бодрый и неунывающий голос отыскавшегося Артема.

— Да я сразу заподозрил неладное, когда салют смотреть пришел. Как так — тут все взрывается, а тебя рядом нет? Никогда такого не было! — охотно поделился он источниками своей интуиции. — Сразу к этому твоему Диме поехал.

— Это очень и очень хорошо, — согласился я. — А ты не мог бы поднять свои связи и попросить, чтобы человека из вот этого отделения выпустили, не забыв отдать ему все оформленные на него бумаги? Тут еще пугают каким-то должностным лицом не из простых, которое должно подойти. С ним бы тоже очень хорошо все уладить. А если тот проведет беседу с тем городовым и лейтенантом, которые меня задерживали, и убедит их, что они ничего не видели, — то вообще замечательно!

— Издеваешься? — произнес Артем после паузы.

— Что значит «издеваюсь»? — возмутился я. — Это квест!

— Что вообще у тебя случилось? Твой Димка ничего не знает.

— Утечка газа, угроза взрыва, но все отлично, и никто не пострадал.

— Экзамен — сдал?

— Мм, нет, — признался я.

— Знаешь, в этот раз ты сам во всем виноват! — неверно сопоставил он события.

— Да ты все неверно понял!

Щелкнула трубка, и раздались короткие гудки.

— Шикарно, просто шикарно, — горя возмущением, присел я обратно на лавку.

— Что говорит? — полюбопытствовала Ника.

— Что я сам во всем виноват!

— Верно говорит, — одобрила она.

Я только рукой махнул. Нашел у кого искать сочувствия…

В общем, минут через пятнадцать Артем приехал, о чем-то поболтал с дежурным, предложив ему переговорить с кем-то по уже набранному номеру сотового телефона, и еще через пару минут я стоял на улице, вдыхая прохладный вечерний воздух, наполненный свободой. В руках была укладка серой бумаги, которой суждено в самом скором времени сгореть.