Конечно, имелся еще один способ, гораздо более приятный, но Карина пока никак о себе не заявляла, а других вариантов в обозримом будущем не предвиделось. И ни о каких Стрелах я не думал, нет… Да! Я периодически о ней думал, и поэтому пойти получить по голове, пожалуй, стоило.

* * *

Нас разместили в чуть увеличенной копии каютки Смирновой. Михайлов не обманул — матрасы тут на полу имелись, постельное белье было чистым, душ — работал. По очереди освежившись и проведя гигиенические процедуры, мы собрались спать.

— Сорока! — спросил Барух, взбивая подушку. — И таки шо ты выспрашивал у того шлимазла с бакенбардами?

— Они тут дерутся вечерами, — сообщил я. — Ратибор меня позвал. Я думаю — посплю часа четыре и пойду посмотрю, поснимаю. Может, и выйду разок с кем-то. Интересно же!

— Ой вей! — обрадовался еврей. — А возьми меня с собой! Папа будет не против, точно.

— С ума сошли? — возмутилась Раиса. — Вы что — мальчишки? Вам что — двенадцать лет?

— Я тоже пойду, — подал голос Палыч. — Интересно посмотреть.

— Ваня! Посмотреть? Серьезно?

— Ора, а что — борьба сэйчас в номинациях есть? — поинтересовался Багателия, ворочаясь с боку на бок. — Кого допускают?

— Все участвуют, — сказал я. — Кто захочет. Борьба тоже есть.

— Тогда и я пойду, — внезапно прогудел командир. — Будильник я поставил, нэ проспим. Но я прэдупрэждал — если решите, надо работать рэзко, крэпко! Проиграть нэ страшно. Лицо потерять нельзя, уахама?

— Идиоты. Какие идиоты… — простонала Раиса. — Сорока, возьмешь аптечку? Я вас, если что, латать буду.

— Возьму, — сказал я. — И это… Фотоаппарат я тоже прихвачу) Подснимешь, как я драться буду? Я на автоматический режим поставлю, просто кнопку нажать!

— Я хоть и старая, но не тупая, — испепеляюще глянула на меня молодая и красивая Раиса. — Как с фотоаппаратом обращаться — в курсе. Подсниму. Но это не значит, что я не считаю вас идиотами.

— О, бара, мальчики всэгда развиваются медленнее девочек, — со смешком сообщил Багателия. — Это научный факт!

Остальные мальчики радостно заржали, подтверждая слова командира. Палыч — мальчик за шестьдесят — даже радостно похрюкивал, за что получил от Раисы что-то вроде затрещины.

— Спите уже, мальчики… — вздохнула она. — Собрались там честь экипажа защищать, так чтоб отдохнувшими были, ясно? Отбой в войсках!

— Так точно! — откликнулся Багателия, закинул свои мощные руки за голову и умиротворенно засопел.

Барух свернулся калачиком, устроив на своем матрасе что-то вроде беличьего гнезда, Палыч спал на животе, обняв подушку, а я… Я думал, что не усну — разнервничался чего-то. Но стоило закрыть глаза, как усталость меня догнала, и я провалился в теплую, добрую темноту и спал без сновидений.