— Разумно ли в такой момент оставлять крепость? Батюшка? — спросил Александр внимательно слушавший все это время наш разговор.

— Разумно. Крепость, случись что, и без меня устоит какое-то время, а вот задуманное надобно прежде воплотить, пока поздно не станет. Мое оружие не сила, князь. Я Коварь, и коварство, стало быть, моя плеть, мой бич. Я хочу, чтобы к стенам крепости пришли не бравые степняки-разбойнички во главе с лютым ханом Батыем, а уставшие побитые, измотанные тяжелой дорогой войска да перепуганный насмерть хан. Трусливые как зайцы, придумавшие себе, бог вест каких адских мук за противление мне. Вот тогда на моей стороне будет удача. Вот тогда я выиграю доминирующую позицию. Главное не бравада, да не удаль в ратном бою. Главное — последовательность и своевременность всех подготовительных этапов. А если сломя голову нестись в бой в надежде на авось, так-то не больше чем лотерея. Воля случая! Мне при таком раскладе сил, на случай рассчитывать не приходится. Их не меньше пятнадцати тысяч только на Онузе стоят, а у меня всего стрелков пять сотен, да ополченцев сотен семь с твоими киевлянами. Вот и вся армия. Сам прикидывай да на ус мотай, молодой князь.

— Дела твои дивными мне кажутся, но не видал я еще в них промашки или поспешной суетности. Бог в помощь тебе батюшка, ступай с благословлением, я за тебя помолюсь истово!

Снег предательски скрипел под ногами, поэтому тяжелые ступни приходилось зарывать глубже при каждом шаге. Мы двигались очень медленно, почти на четвереньках, в такой близости от вражеского лагеря выдать себя, означало провалить все дело. На меховых рукавицах и сапогах надежно крепились, искусно сделанные из кожи и кости, огромные лапы. Раза в два больше медвежьих, с длинными и острыми когтями, которыми, мы время от времени оставляли длинные царапины на старых пнях и стволах деревьев вставая друг другу на плечи. Скрыть следы в зимнем лесу невозможно. Легко запутать, но только не скрыть. Но если уж их нельзя скрыть, то решили сделать их совершенно непохожими на человеческие. Облаченные в накидки из выбеленных козлиных шкур, мы всем отрядом должны были имитировать поведение диких, неведомых, свирепых и кровожадных монстров. Мои разведчики еще с осени незримо сопровождают надвигающееся на Рязань многочисленное ордынское войско. Собрали уже достаточно информации, многое смогли подсмотреть и понять в их тактике и способах выживания на чужой, оккупированной территории. Надо заметить, что изысканными манерами ордынцы не отличались, вели себя бесцеремонно и нагло, чаще даже жестоко по отношению к местным жителям, что в полной мере соответствовало моим представлениям.