— На счет места для новой крепости разведали? Что тамошние люди говорят? Я ведь на бывшие княжеские угодья и не позарился бы, кабы не нужда.

— Есть одно, — кивнул черемис-охотник. Вот как на духу, ответствую батюшка, что лучше и сыскать не удастся. Ты меня давно знаешь, я с тобой еще первые валы этих стен насыпал, так вот, я в твоей этой «форфификации» тоже кумекать стал. Все усмотрел.

— Ну так, что за место? — донимал я охотника, не желая больше слушать ненужных подробностей от впечатлительного Мартына.

— На макете его нет, оно от гари Рязанской недалече. До реки там рукой подать, много родников. Холм, как есть, от воды все сто сажень в высоту. Но кругом лес, в низина болота, да такие дремучие, что дороги не сыскать, да и по тропкам в три погибели гнешься, пока продерешься.

— Лес нам не помеха, весь на топливо уйдет.

— Вот и я так решил батюшка. Те семьи, что с Онуза вместе с последним отрядом успели прийти, я определил в кирпичники, и позволил на той земле дома ставить. Не по душе придется тебе то место, так хотя бы глину там выработаем да изведем всю. Да и лес проредим. Одно никак не могу решить. Капище там мокшанское, прямо на холме. Что делать с ним, ума не приложу.

— А вот это как раз не проблема. Тут главное провести правильную разъяснительную работу с населением. Вот с этого и начнем, коль не лень будет. Сыщи мне Олай, тех мокшан старейшину, пусть в гости пожалует. И скажи, что дескать Коварь, намерен договор держать. Если пожелают перенести свой алтарь на иное место, так тому и быть, а коль запротивятся, то сделаем все как культурные люди, и начнем крепость с храма. Крепкий фундамент, тройные стены, и башню прям над капищем, да такую, чтоб моя дозорная на ее фоне и вовсе прыщом казалась. Чертежами мы позже займемся. А пока станем говорить мокшанам, что в честь их богов возводим храм, такой как они пожелают. Чтоб потом претензий не было, а кто начнет рожи кислые строить, намекни, дескать не такие нами биты были. Все понял?

— Понял. — Ухмыльнулся Олай, явственно представляя себе, как он станет морочить головы мокшанским старейшинам.

— Теперь к разъездам вернемся, — обернулся я к Мартыну. — Если они окрест ошиваются, то стало быть тропки присматривают. А твои дармоеды, засадные отряды да прочие, что же⁉

— Да все уж давно на постах. Звериными тропами, болотами, смотрят каждый куст, каждое дерево. Пешие то, они далеко не ходят, ну а конные осторожничают, ты же сам не велел басурман трогать.

— Ох, смотрите мне черти! Чтоб как минимум за пять дней я знал, что гости к нам пожаловали. В этот раз я за потери и промашки строго наказывать стану.