— Что… Что происходит? — вдруг простонал распятый на полу Пферинг. Эй, какого черта он еще жив?
Глава 10
— Мурат Радикович, можно вас на минутку? — я встал на пути у особиста, всем собой излучая дружелюбие. Специально караулил. Точно знал, что в какой-то момент он обязательно направится в сторону Кузьмы. Не сможет он вот так просто оставить в покое сбежавшего коллаборанта. Первую пару дней лесник лежал, не вставая, надежно укрытый от его внимания стенами госпиталя, а сегодня выбрался подышать воздухом. И заодно простирнуть в ручье свои вещички. Как раз погода случилась относительно теплая. И в тот же момент Хайдаров намылил лыжи в его сторону.
— Я занят, — Хайдаров попытался отодвинуть меня с дороги.
— Я не отниму много времени, — дипломатично и мягко продолжил я.
Хорячьи глазки особиста зло сверлили мое лицо. Кулаки сжимались-разжимались. По роже было видно, что Хайдарову страсть, как хочется вцепиться мне в глотку. Но несмотря на все странности, руки оказались коротки. Почти всемогущему в любое другое время особисту дали неиллюзорного пинка под зад. И это его явно бесило. Меня он трогать сейчас не может, но вот на моих людях может отыграться. А я за них все-таки отвечаю, значит надо вписаться.
— Посидим вон там на пригорочке, погода хорошая, — сказал я, кивнув в сторону берега ручейка. Место и впрямь было красивое, особенно сейчас, когда все усыпано золотыми листьями. Я с безмятежным видом сел на толстый ковер опавшей листвы и прищурился на неяркое осеннее солнце.
— Чего тебе надо? — отрывисто бросил Хайдаров.
— Историю хочу рассказать, Мурат Радикович… — начал я. Посмотрел с некоторым злорадством, как его лицо перекосило и махнул рукой. — Нет, ничего такого. Давай сразу начистоту. Без чинов и всего такого. Яшка и Кузьма — мои люди. Мы с ними, можно сказать, огонь, воду и медные трубы прошли. Они гражданские, но героизма в них побольше, чем в иных красноармейцах. Подожди, не говори ничего. Я понимаю, что у тебя работа такая — проверять каждого приходящего в отряд. Безопасность, и все такое.
— А выглядит так, будто не понимаешь, — процедил сквозь зубы Хайдаров.
— Ну не враг я тебе, Мурат Радикович! — я развел руками. — И не палки в колеса тебе ставлю, а, можно сказать, помочь хочу. И с Кузьмой тебе обязательно надо поговорить. Просто я за него беспокоюсь. Человек он пожилой, и досталось ему… Да здесь всем так или иначе досталось.
— Если у тебя все, то разговор закончен, — с недовольным лицом сказал Хайдаров.
— Нет, не все, — сказал я и похлопал по земле рядом с собой. — Сядь. Обсудить хочу кое-что. И нет, это не мои люди. Просто считай, что мне нужен умный собеседник, а Слободского пока что этой темой напрягать не хочу.