Вернулся в спальню. Открыл шкаф.

Костюмы висели в ряд. Три штуки, все что у меня имелось. Темно-серый, темно-синий и коричневый. Стандартный набор федерального агента. Я выбрал серый. Белая рубашка из хлопка, накрахмаленная, Дженнифер научила меня крахмалить рубашки незадолго перед ее отъездом, и я на удивление запомнил. Узкий темно-бордовый галстук, завязал виндзорским узлом перед зеркалом. Коричневые туфли «Флоршайм», начищенные еще в субботу.

Кобура «Бьянки» на поясе, с правой стороны. Открыл верхний ящик комода, достал «Смит-Вессон» Модель 10. Откинул барабан, проверил, пустой. Зарядил шесть патронов «Федерал».38 Спешл из коробки в том же ящике. Каждый патрон вставлял по одному, ощущая, как латунь входит в стальную камору с мягким щелчком. Закрыл барабан, убрал револьвер в кобуру, застегнул ремешок.

Пиджак поверх. Проверил в зеркале, кобура не оттопыривает ткань. Нормально.

На кухне приготовил завтрак. Залил воду в медную турку, насыпал три ложки молотого кофе «Максвелл Хаус» из жестяной банки с красной крышкой. Поставил на конфорку газовой плиты, повернул ручку, чиркнул спичкой, голубой огонек обхватил донце турки.

Пока кофе закипал, разбил два яйца на раскаленную чугунную сковородку, смазанную маслом. Яичница зашипела, белок побелел, желток остался жидким, как люблю. Тост в тостере «Санбим», хромированный, с двумя щелями, рычажок сбоку. Хлеб «Вандер», белый, в клетчатой упаковке. Тост выскочил через минуту, как и положено, золотистого цвета. Намазал маслом.

Сел за маленький кухонный стол у окна. Ел и смотрел на улицу.

Понедельник в Джорджтауне. Молочник поставил две бутылки у двери напротив, почтальон в серо-голубой форме шел по тротуару с толстой сумкой через плечо, женщина в халате забирала газету с крыльца. Обычное утро. Обычная жизнь.

Допил кофе, сполоснул посуду под краном, оставил сушиться на решетке.

Взял портфель, коричневый кожаный «Самсонайт», потертый на углах. Внутри блокнот «Мид», две шариковые ручки «Биг» (синяя и черная), удостоверение ФБР в кожаной обложке, пачка чистой бумаги для заметок.

Вышел из квартиры, запер дверь. Спустился по лестнице, шаги гулко отдавались в пустом подъезде.

Август в Вашингтоне. Восемь утра, а уже за восемьдесят градусов по Фаренгейту. Влажность давит, воздух густой, как горячее полотенце на лице. Небо белесое, солнце пробивается сквозь дымку.

Мой синий «Форд Кастом» шестьдесят девятого года стоял у тротуара. Служебная машина ФБР, я его взял на прошлой неделе и сегодня надо вернуть в гараж. С виду обычный седан, никаких опознавательных знаков, только рация под приборной панелью. Краска выгорела на крыше, хром бампера потускнел. Двигатель V8 работал ровно, хоть и жрал бензин как слон воду.