— А он знал, — сказал я. — Знал схему вентиляции, знал схему сигнализации, знал расписание обходов.
— Кто-то помогал изнутри?
— Или тщательная подготовка. Месяцы работы.
Маркус, стоявший рядом, негромко сказал:
— Или и то, и другое.
Я свернул план.
— Все. Здесь закончили. Маркус, собирай улики. Все уходит в лабораторию к Чену. Волокна, отпечатки, записка, фотографии. — Я встал, отряхнул колени. — Дэйв, ты остаешься. Допроси охранников, Мартинеса, Питерса, Моретти, Поланко. Каждого по отдельности. Что видели, что слышали, когда заступили на смену, когда уходили. Записывай все, даже мелочи.
— Понял.
— Я иду наверх. Поговорю с доктором Касселем.
Вышел из зала. За спиной Маркус аккуратно укладывал конверты с уликами в чемодан. Дэйв подозвал Бакстера и попросил привести первого охранника.
В коридоре тихо. Мои шаги гулко отдавались от мраморных стен. Через окно я видел Нешнл-Молл.
Зеленая лужайка, деревья, Монумент Вашингтона вдали. Туристы гуляли по дорожкам, ели мороженое и фотографировались. Нормальный августовский понедельник.
Я посмотрел на часы. Одиннадцать пятнадцать. Прошло четыре часа с момента, когда Крейг назначил меня на дело.
Поднялся по мраморной лестнице на третий этаж. Коридор уже, чем внизу, тут находились кабинеты научных сотрудников, двери с табличками. «Отдел палеонтологии», «Отдел антропологии», «Отдел минералогии и петрологии».
Нашел дверь: «Доктор Виктор Кассель, куратор».
Постучал.
Глава 24 Куратор
— Войдите.
Голос глухой, с легким акцентом. Немецким? Австрийским? Что-то центральноевропейское.
Я открыл дверь.
Кабинет доктора Виктора Касселя напоминал лавку старьевщика, если старьевщик торговал камнями и книгами. Небольшая комната, двенадцать на пятнадцать футов, с высоким потолком и единственным окном, выходящим на Нешнл-Молл. Стены заставлены книжными шкафами, темное дерево, стеклянные дверцы. За стеклом тома по минералогии, геммологии, кристаллографии, петрографии. Немецкие, французские, английские. Старые издания соседствовали с новыми, корешки потертые и свежие вперемешку.
На полках между книгами образцы минералов. Кварц, аметист, турмалин, куски полевого шпата. Маленькие картонные таблички рядом с каждым: название, формула, место находки, год.
Стол массивный, дубовый, завален бумагами, журналами, увеличительными стеклами, лупами разных размеров. Настольная лампа с зеленым абажуром освещала рабочую зону теплым светом. Пишущая машинка «Оливетти Леттера 32», маленькая, портативная, итальянская, стояла на отдельном столике сбоку. Рядом стопка отпечатанных страниц: рукопись? Статья?