— Принято. База на связи.

Положил радио. Паркер снова зевнул и потянулся.

— Скука смертная.

— Такая у нас работа. Девяносто процентов времени ожидание, десять процентов действие.

Восемь сорок пять. Мимо проехал синий седан. Сердце екнуло.

Паркер схватил бинокль.

— Синий форд!

Я навел бинокль. Синий седан Ford, но модель не та, это Mustang, спортивное купе, а не Galaxie. Водитель молодой, лет двадцати пяти, длинные волосы. Проехал мимо дома 1247 не останавливаясь и свернул на соседнюю улицу.

— Не тот, — выдохнул Паркер. — Он на Мустанге. К тому же водитель слишком молодой.

— Ложная тревога.

Тем не менее я записал в блокнот: «08:45 синий Ford Mustang, молодой водитель, не похож на подозреваемого, проехал мимо.»

Девять тридцать. К дому подъехал почтовый фургон United States Postal Service. Почтальон, пожилой мужчина лет шестидесяти с растрепанными седыми волосами и в униформе, вышел из фургона, положил конверты в почтовый ящик у ворот и уехал.

Десять пятнадцать. Ничего. Улица тихая, машины редкие, большинство жителей на работе.

Паркер читал газету Washington Post, сложенную на коленях. Его интересовала спортивная страница, статья о бейсболе, Baltimore Orioles против New York Yankees.

Я периодически смотрел в бинокль, сканировал улицу. Ничего подозрительного.

Одиннадцать ноль ноль. Я снова взял радио.

— Наблюдатель Один вызывает Базу. Почасовой доклад.

Голос Томпсона:

— На связи.

— Активность минимальная. Два автомобиля проехали мимо дома, оба чистые. Синих фордов нет. Подозрительной активности нет.

— Принято.

Одиннадцать тридцать. Жара усилилась, температура поднялась до восьмидесяти пяти. Солнце светило в лобовое стекло, даже в тени дуба стало душно. Я открыл все окна, внутрь ворвался горячий воздух.

Паркер ослабил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

— Варимся как лобстеры. Почему мы не можем включить кондиционер?

— Потому что заведенный двигатель привлекает внимание. Припаркованная машина с работающим мотором это подозрительно. — я вытер лоб платком. — Терпи. Осталось два с половиной часа.

Паркер проворчал что-то нецензурное, достал бутерброд и начал есть.

Двенадцать ноль ноль. Почасовой доклад. Я взял радио.

— Наблюдатель Один. Активность минимальная. Синих фордов нет. Подозрительной активности нет.

Однообразие успокаивало и одновременно напрягало. С одной стороны ничего не происходило, это хороший знак, Манчини в безопасности. С другой стороны киллер может наблюдать прямо сейчас, с позиции которую мы не контролируем.

Двенадцать сорок пять. Синий седан показался в конце улицы.